Но они тоже служат злу. Часть вторая. Лорд десятого горизонта

Лорд Аит наконец снял оковы, и Варакна издал восторженный возглас.

– Благодарность моя не знает мер и границ! Узнай же, благородный и милосердный, – лорд Аит пропустил оскорбление мимо ушей, – что Вель, хранительница Источника, узнала нить Баила, переплетную с нитью Змену. И это сплетение чуть не оборвало жизнь багрянокровой дочери дона Бунэ.

– И с каких это пор Вель стала разговаривать с тобой?

– Не со мной, а с голосом лорда Аита.

– Ты назвался моим именем? Пожалуй, я зря тебя расковал. Еще раз посмеешь сделать так, я сброшу тебя на дно девятого горизонта.

Варакна притворно изобразил ужас, но ему явно льстило, что от лорда Аита ускользнула такая важная деталь.

– Как давно ты интересуешься Змену?

– Давно, – Варакна предусмотрительно отошел подальше от демона. – Герцог обещал за нее великую награду. Ей все интересуются. Я тоже.

– Вот как? И ты решил использовать мое имя перед Провидицами, чтобы узнать, где искать ее следы? – Лорд Аит задумался. Он просил Провидиц скрывать настоящее Змену, но Варакна спрашивал о прошлом, наверняка сестры что-то заподозрили.

– Отправляйся к Разгодину. Пусть запрет тебя до моего возвращения, я придумаю тебе наказание позже.

– Наказание вместо награды?.. – заскулил Варакна.

– Ступай! Мне нужно выразить свое почтение королю четвертого горизонта.

Лорд Аит и впрямь должен был спуститься Вниз. Королевский двор полон слухов и сплетен, а Баил едва ли захочет возвращаться домой побежденным.

20

Стражники эфиальтов в одинаковых черненых глухих доспехах преграждали путь в тронный зал. Лорд Аит пожал плечами – если его не пускают, значит, короля там нет. Он развернулся, лениво прошелся по длинному коридору, свернул на одну из открытых лестниц и увидел Нимму, чинно идущую в сопровождении своей маленькой свиты из шести демониц.

Лорд Аит приблизился и учтиво приветствовал дочь короля, однако та едва удостоила его надменным кивком.

– Я передам вашему брату пожелания благоденствия от вас, – негромко произнес он вслед демонице.

Нимма обернулась – неспешно, плавно. Как и положено дочери короля, она безупречно владела собой, но в ее глазах горел тот же огонь, что и у ее сестры, Медаго.