Но они тоже служат злу. Часть первая. Дочь демона

Старые времена, когда у Баила еще не было шрамов. Сквозняк вскинулся двумя крылами бархатных темно-зеленых штор, миг промедления затянулся, Баил распластался в прыжке, стремительно меняясь в полете. Он мягко приземлился на четыре лапы, и когда встревоженная Басиат появилась в оконном проеме, она увидела лишь черного кота, невозмутимо сидящего на дворовой скамье.

4

Змену пряталась в зарослях дикой смородины, осторожно наблюдая за стайкой девчонок, играющих на крыльце. Рыжеволосая Мина, заводила и любимица Наставницы приюта, командовала игрой, и ее громкий голос разносился по всему двору.

Змену гадала, как скоро Мине наскучит игра, и она пойдет искать себе развлечения поинтересней. Любимая забава Мины – отыскать кого-то помладше, да по слабее, неспешно загнать свою жертву в укромное место и там издеваться над ней, наслаждаясь ее бессилием и отчаянием. Жаловаться Наставнице было бесполезным делом, Мину никогда не наказывали, а вот жалобщику очень скоро приходилось несладко. Змену потерла еще не сошедшие синяки на предплечье, – Мина приходила в большую ярость, когда ее жертвы пытались защищаться, требуя, чтобы те стояли, опустив руки.

Разбитые носы, разодранные колени и синяки никогда не волновали Наставницу, та считала, что так дети и учатся жизни.

Когда Наставница впервые увидела Змену, она пожала плечами и сказала: «С ней будут проблемы. Посмотрим, что можно сделать». И это прозвучало как злое обещание.

Змену действительно отличалась от прочих сирот, будто была старше и мудрее их на несколько лет, но это-то все и портило: ей было скучно в играх и у нее совсем не было подруг.

Дети сторонились Змену, а она не искала их дружбы, и потому ни от кого не ждала сочувствия или жалости.

Им всем отчаянно не хватало любви, семейной теплоты, материнских объятий. Детские взгляды, полные надежды, обращались к нянькам и наставницам, к учителям и случайным посетителям Приюта. Они ждали своих матерей, мечтали, что совсем скоро найдут семью и обретут всё, чего так жаждали и чего им так недоставало.

Змену же никого не ждала: она отчетливо помнила миг своего рождения и знала – за ней никто не придет. И у нее не было напрасных мечтаний.

Однажды Змену спросили – что она помнит о своей семье? Тогда она рассказала все, что помнила. Что мать прокляла ее при рождении, посулив дочери много зла и блуждания в тенях, и что она отыщет Змену лишь тогда, когда та прославится.

– Лгунья! – сказали одни.

– Фантазерка! – смеялись другие.