Призраки Белой крепости

Пришлось обворовать Акашико, вот она будет в ярости! – Хадижа весело рассмеялась, откровенно забавляясь изумлением, смешанным с гневом, которое отчетливо читались на лицах друзей.

– А я прихватил виски и пару бутылок бренди. Из лазарета спер, но Влад и без этого поправится, – сияя лучезарной улыбкой, проговорил Роберт, стоявший все это время за спиной жены.

– Вы совсем сошли с ума? – раздельно произнося каждое слово, спросил Зеленый. – Вам пора показаться специальному врачу? А ну-ка, все быстро назад! Не хочу никого видеть! Это мое дело и моя смерть, вы здесь ни при чем!

– Я знала, что он будет против, – надув губки сообщила Хадижа мужу.

– Но мы же решили, что нам на это плевать, – пробасил Роберт, делая большой глоток из початой бутылки коньяка, которую держал в руках.

– Нет, вас всех точно лечить надо! И притом срочно! Возвращайтесь и попросите у магов что-нибудь просветляющее разум, – Антон повысил голос, его глаза метали молнии, перепрыгивая с одного знакомого лица на другое.

– Не нужно никуда идти. Врач уже тут, и у меня куча всяких травок, зелий да припарок. – Лиза возникла из темноты и встала рядом с Хадижей, сложив руки на груди. Поза, больше характерная для Сони, очень шла обычно мягкой Голубой. – Стасу я ничего не стала говорить. Улизнула потихоньку. Он все равно не может бросить Линду, так зачем лишний раз искушать. А Влад передает вам свои наилучшие пожелания и надеется увидеть хоть кого-то в живых.

Антон обхватил голову руками. Друзья стояли плечом к плечу. Соня и Макс, на поддержку которых он больше всего рассчитывал, встали с остальными в один ряд, видимо приняв их решение как должное, пусть и не особо приятное, зато полезное. Каждый из них был полон решимости. Умея прекрасно чувствовать чужие эмоции, Антон знал, что отговорить их невозможно, они сделали выбор и прекрасно отдавали себе отчет в его последствиях.

Решительный, уверенный в своих силах, спокойный, как обычно, Макс. Роберт с неизменной улыбкой на устах и предельной сосредоточенностью во взгляде. Ранимая Хадижа, которая сегодня больше походила на готовую к броску тигрицу. Мягкая Лиза, на лице которой застыла твердость боевого голема, готового ко всему на свете и неколебимого в своем выборе.