Птичьи фамилии

Но ты бы никогда об этом не узнала. Я тебя надежно оберегал, и эта сторона моей жизни никогда бы тебя не коснулась.

– Так вот как, значит! – От неожиданности Анна опустилась на банкетку у бракоразводного кабинета, где они стоя ожидали своей очереди.

«А я значит поддалась первому же увлечению и все разрушила. Теперь Игорь со всеми своими достоинствами и квартирой-студией в самом центре Москвы достанется какой-то потаскушке из Нижнего Новгорода» – Анна не могла поверить своим ушам и да, ей действительно было больно.

Это было крушение иллюзий, как будто сцена, на которой разворачивалась ее жизнь, резко повернулась на все сто восемьдесят градусов, обнажив другую сторону реальности, то исподнее, что было скрыто от ее глаз. Она чувствовала себя полной дурой, самооценка рухнула вниз подобно оторвавшейся кабине лифта, неизбежно летящей в шахту.

– Хочешь, кофе попьем где-нибудь тут недалеко? – как ни в чем ни бывало предложил Игорь.

– Мм, нет, знаешь, я тороплюсь, мне нужно кое-какие дела доделать, маме помочь, в общем, я, пожалуй, уже поеду. Рада была повидаться. – Не идеально, но вроде получилось не выдать своих эмоций, хотя Игоря было сложно провести, и он не без удовольствия и легкого чувства жалости наблюдал за корчами уязвленного самолюбия той, которую все еще любил, но простить уже не смог бы, пожалуй, никогда.

«Как странно жизнь устроена: хочешь быть честной, а, оказывается, нужно учиться лучше врать» – такой статус Анна разместила у себя на стене в фейсбуке.

-4-

Уйдя от Никиты, Анна на время переехала к маме, с которой они прекрасно ладили на расстоянии, но вместе долгое время находиться не могли. Анна хотела во всем быть самостоятельной и не похожей на мать. А мама хотела заботиться, и, что еще хуже, контролировать каждый шаг ее маленькой Ани. Из-за этого они придирались друг к другу по пустякам и часто ссорились.Да к тому же мама постоянно напоминала Анне о том, что та была предупреждена насчет опасности быстрого сближения с Никитой.

Дескать мама знала, что этим все кончится, потому «я же тебе говорила!», а теперь мол сама виновата, «раз никогда не слушаешь мать!». И все в таком же духе. Мама была в этот раз безусловно права и даже не пыталась скрыть своего откровенного ликования по этому поводу, как будто они с дочерью в чем-то соревновались.