Секрет

 – Имоджен улыбнулась и ушла.

Едва открыв дверь маминого дома, сразу поняла, что на плите что-то горит. Бросилась на кухню и увидела дым. На конфорке стояла отчаянно закопченная кастрюлька с четырьмя черными яйцами, но уже – и, видимо, давно – без воды. Должно быть, мама поставила их вариться больше часа назад. Имоджен посмотрела на пожарную сигнализацию и увидела, что прибор разбит вдребезги. Должно быть, мама действовала ручкой метлы. Уже второй раз за месяц. Надо позвать мастера, чтобы починил.

– Привет, мам! Привезла тебе рыбу с картошкой!

– Значит, бросаешь на волю судьбы? Постоянно ругаешь за холестериновую еду, и вдруг сегодня привозишь рыбу с картошкой, – недовольно отозвалась Айрин.

– Тебе надо было стать детективом, – заметила Имоджен. Пристроила жирный пакет на единственный свободный участок стола и открыла шкаф в поисках чистой тарелки. Нужно бы остаться и помыть посуду: раковина едва вмещала почти всю мамину кухонную утварь, а над всей этой красотой летали довольные, сытые мухи.

Пожалуй, на будущее нелишне купить бумажные тарелки.

– Куда собираешься?

– На свидание, – солгала Имоджен, оглядывая комнату. Здесь было так грязно, что по коже поползли мурашки. Одному богу известно, какие бактерии живут в этом воздухе. Имоджен почти пожалела, что не осталась на месте преступления. Необходимо срочно вызвать не только мастера, но и уборщицу.

– Свидание? – заинтересовалась Айрин. – С мужчиной?

– Нет, с буйволом.

– Слава богу! А то я уже начала думать, что ты…

– Да, мне известно, что ты начала думать.

– Он преступник? Надеюсь, ты не влюбилась в парня, которого арестовала?

– Нет, он не преступник. – Имоджен выложила рыбу и картошку на тарелку. Торопливо выдавила сбоку кетчуп и поставила тарелку перед мамой.

– Не люблю томатный соус.

– Тогда зачем покупаешь? – Имоджен вернулась на кухню и вытерла жирные руки грязным полотенцем. Айрин говорила неправду, но это не имело значения. Имоджен не собиралась поддаваться на эмоциональный шантаж ради маминого развлечения.

Несмотря на слова Сэма, у нее была собственная жизнь. Она знала, что рано или поздно непременно начнется издевательство: как обычно, Айрин доведет дочь до отчаяния. А потому требовалось выскочить за дверь раньше, чем у мучительницы появится шанс начать наступление.

Спустя некоторое время, вдали от хаоса маминого дома, Имоджен затормозила возле отделения полиции Плимута и взглянула на себя в зеркало заднего вида. Достала тушь и подкрасила ресницы.