Лейла. Шанс за шанс

Ну не принято тут обучать девочек наукам! Возможно, в больших городах у богатых родителей все иначе, но Малика – дочь обычного рыбака. Я подозревала, что отец и женился-то на ней лишь для того, чтобы было с кем меня оставить, пока он в отъездах, а выбор пал на девушку, потому что она оказалась почти в таких же обстоятельствах, как и он: одна с ребенком на руках – ее муж однажды не успел вернуться перед штормом в гавань, а через несколько дней его лодку прибило к берегу, и мужчины там уже не было.

– Это хорошо, и ты, наверное, во всем прав, но я так не хочу тебя отпускать… – Малика немного посопела и тихо-тихо, почти на грани моего восприятия, сказала: – Ратмир, я беременна… уже почти три месяца.

Несколько секунда в комнате стояла полная тишина, а потом, судя по звуку, отец ее обнял, поцеловал и сказал:

– Сладкая моя, я очень рад! Все будет хорошо, поверь мне! Нужно лишь немножко подождать…

Снова звук влажных поцелуев, тихий стон Малики и громкое сбивчивое дыхание.

– М-да, пожалуй, мне пора… – пробормотала я и пошла спать.

Однако быстро заснуть мне не удалось. Опережая друг друга, в голове крутились мысли, и я чувствовала, что стою на пороге больших перемен. Это радовало и страшило одновременно, ведь за два года я уже привыкла к спокойной и размеренной жизни небольшого приморского городка. Но мне безумно, до чертиков, хотелось этих перемен!

Глава 3

– Лягушка, лягушка! – уперев руки в бока, кривлялась Рунира, стоя недалека от дома папиного партнера, к которому он ушел еще с утра.

– Эй, лягушка, прыгай к малышне, чего тут забыла?! – вторила ей Маниша.

– Нечего тут своими лупалками лупать! И рот закрой, а то вон какой большой да длинный. Может, у тебя еще и язык зеленый да раздвоенный? – ядовито припечатала Ануша.

– Я-то свой закрою, Ануша, а твой закрывай не закрывай, а ядом все равно капать будет, – ответила я и побежала по улице, скрываясь от мести «взрослых» девочек.

Эти дурынды уже неделю доставали меня со своей «лягушкой».

Будь я действительно пятилетней девочкой, наверное, до слез бы расстраивалась. Просто я не такая как они: у меня волосы светлые, а не темные, глаза голубые, а не карие, даже черты лица другие – не как у всех местных жителей. Я вообще получилась, как говорили отец и Малика, вылитая мать, лишь разрез глаз был отцовским – немного вытянутым к вискам. Да и мальчишки, даже кто постарше, не брезговали со мной играть.