Голос вечности. Полночь

Мне нравились немногие школьные предметы: русский язык, литература и биология. Но и по всем остальным я умудрялась получать хорошие оценки. Я всегда была отличницей, как и Ангелина. Но если сестра сухо зубрила учебники и не ощущала особой страсти ни к какому предмету, я погружалась с головой в интересующие направления, не прилагая усилий к остальным. По химии я, например, была полным нулем, но меня спасали хорошие отношения с учительницей, поэтому в аттестате все равно будет стоять «пять».

Нет, совесть меня не мучила.

Заучив формулы по физике, я принялась за биологию и с интересом погрузилась в параграф. Предмет настолько захватил меня, что я не заметила, как Ангелина подошла ко мне сзади и тронула за плечо.

– Я закончила с уборкой. Сейчас схожу за продуктами и приготовлю тебе поесть.

Я обняла сестру.

– Спасибо. Я, наверное, сейчас пойду гулять, так что меня не жди, – пока я читала параграф, мне в голову взбрела одна мысль.

Ангелина округлила глаза.

– Аня, там маньяк!

– Лина, он не охотится конкретно за мной!

Хотя это было неправдой.

В полиции нам с Оксаной пришлось рассказать не только о том, как мы нашли труп, но и о наших приключениях в трущобах. Ирина скептически отнеслась к «парализующему туману» и списала все на шок. Я и не ждала, что нам поверят. Но факт оставался фактом: Ангелина знала все, о чем мы говорили Ирине, а значит, знала и то, что Ярослав уже однажды преследовал нас.

– Конечно-конечно. Никуда ты не пойдешь, – сестра сложила руки на груди и уперлась в меня взглядом.

– А вы с Кириллом можете отвезти меня к Марине? Домой она меня доставит на своей машине, – пошла я на компромисс, надеясь, что подруга не рассердится из-за внепланового визита.

– Ладно, – согласилась в итоге Лина, решив больше не обвинять Марину в спаивании несовершеннолетних подруг. – Но, если с тобой что-нибудь случится, я сама тебя прикончу.

Квартира Марины вся была пропитана минимализмом, выраженным черным и белым цветами. У подруги была роскошная трехкомнатная жилплощадь, хотя пользовалась ей только Марина – ее мама погибла, когда она была младенцем, а папа был влиятельным бизнесменом и сейчас находился, кажется, в Израиле.

Мебель была расставлена так, что в квартире оставалось много пространства: мне это было по душе.

В будущем я бы хотела жить в подобной обстановке.

Панорамные окна выходили на сквер, усеянный хвойными деревьями – он был таким большим, что казалось, будто смотришь на лес.