Голос вечности. Полночь

 – Вся эта природа… Ты же будешь сидеть и думать о…

Сначала я хотела ответить, что останусь в парке, но уже смеркалось. А вчерашняя ситуация с «туманом» хорошенько напугала меня, и больше я не планировала находиться на улице одна после захода солнца.

– Не волнуйся, идем домой.

Покидая парк, я решила, что не хочу сегодня оставаться одна. Позвав Оксану вновь переночевать у меня, я обрадовалась положительному ответу.

Закапал противный дождь, назойливо теребя детское воспоминание об ужасной прогулке… О той, что случилась вскоре после того, как я нашла поляну.

Думать об этом совершенно не хотелось.

Оксана пришла ко мне в восьмом часу, прихватив с собой только что испеченные пирожные и бутылку шампанского. Сама я готовить не любила да и не прочь была расслабиться с помощью шипящего напитка, поэтому вдвойне ценила жест подруги.

Пока мы пили чай (и не только), я внимательно наблюдала за Оксаной: она, как обычно, много и воодушевленно говорила, ни разу не вспомнив ни о тумане, ни о неизвестном мужчине, ни о подонке Ярославе.

Я вновь изумилась – не было это похоже на подругу. Но ее щеки были румяны, глаза метали хитрые искры, улыбка не сходила с лица – и я вновь решила, что лучше уж безосновательная радость, чем горе.

– Зря ты сегодня не пошла в школу, – подруга интригующе коснулась моей руки и мило захихикала. Не поддаться ее шарму было невозможно: я тоже заулыбалась. – Помнишь Рому Волкова?

– Его забудешь! – я закатила глаза и тоже засмеялась. Оксана так легко согревала своим позитивом.

– Он взял мой номер телефона, – подруга хитро глянула на меня из-под черных ресниц.

– Что?! – искренне удивилась я.

– Я случайно уронила учебники в коридоре, и он тут же бросился собирать их. Так мы познакомились, и он предложил встретиться где-нибудь за пределами школы. Видела бы ты лицо Стрельцовой! Она, по-моему, поперхнулась собственной желчью, – самодовольно отметила Оксана и откинула волнистые волосы за спину.

Я была очень рада за подругу: Волков был, несомненно, красавцем, да и ей не помешало бы отвлечься от Славы.

Только вот складывалось впечатление, что Оксана совершенно не грустила. Я не удержалась от вопроса:

– Это все прекрасно, но… разве ты ничуть не расстроена из-за Ярослава? – аккуратно спросила я.

– Не-а, – лицо Оксаны приняло безразличное выражение, будто я говорила о ком-то, с кем она не общалась уже очень давно. – Мне надоели его проблемы и его безразличие ко мне.