Голос вечности. Полночь

Я заметила, что высокомерия у нее не поубавилось, а голова ее держится все так же гордо и высоко.

Анастасия Викторовна сначала что-то проворчала себе под нос, затем тяжело вздохнула и встала со своего места.

– Дети… – начала учительница, но это больше было похоже на карканье помирающей вороны, поэтому Анастасия Викторовна откашлялась и начала заново: – Дети, это… ваша новая одноклассница Волкова Катерина. Надеюсь, вы все подружитесь с ней, а теперь перейдем к Булгакову. Катя, займи свободное место.

Катя мило улыбнулась учительнице – парни уже, должно быть, в отключке – и заняла свободную парту.

Фигура у этой Волковой тоже была хороша. И сильно походила на мою. Она казалась совсем хрупкой из-за ярко выраженных ключиц, соединяемых ямкой формы полукруга. Рост под метр семьдесят. Широкие бедра не гармонировали с едва выраженной грудью, но это выглядело личной особенностью тела девушки и совершенно не убавляло привлекательности, а наоборот – создавало уникальный образ. Талия была такой тонкой, что страшно было представить, как можно обнять Катю, не сломав ей при этом позвоночник.

Я невольно поежилась, когда Катя проходила мимо меня. Ну вот, она была уже мне неприятна, так что мой разум внушил себе, будто от нее исходит нечто отталкивающее.

Новенькая села за последнюю парту, и Анастасия Викторовна перешла к ведению урока.

– Я всего лишь легла на пару часов позже обычного, а у меня ощущение, будто я вчера напилась и сегодня получила похмелье, – жаловалась мне Оксана на большой перемене между третьим и четвертым уроком. Мы столкнулись в одном из коридоров.

– А у меня ощущение, что год будет крайне веселым, – хмурясь, перевела я тему, добавив чересчур много сарказма в последнее слово.

Оксана потерла виски.

– В чем дело?

Я слегка прикусила нижнюю губу, раздумывая, в чем действительно дело. В зависти? Немного поразмыслив, я отбросила это занятие и выпалила, что было на уме:

– У меня в классе новенькая. Ты бы видела ее, – я инстинктивно сложила руки на груди – жест, означающий, что я сердита. Готова поспорить, щеки мои слегка надулись.

Оксана вмиг встряхнулась.

– Так значит, это правда… – пробормотала она себе под нос.