Ледяной бастион

Да! Торварда Неукротимого можно любить, можно ненавидеть – по вкусу; но величие его – вот оно: вот они, сияющие башни человеческой воли и могущества, возведенные среди вечных степей и холмов, башни, поднятые в небо разбуженным духом авантюризма и предпринимательства. Они – сыновья и дочери его кровавой ярости, перевернувшей замшелый человеческий мир и вновь воздевшей к далеким звездам почти угасший пульс гордой энергии хомо.

– Любуешься? – мягкий голос Кэтрин заставил Роберта обернуться.

– Да… красивое утро. Тебе нравится?

Она сверкнула счастливыми глазами и воркующе рассмеялась.

– Меня пугает зима, даже такая красивая. Идем завтракать, все уже на столе. Что ты думаешь сегодня делать?

– Нам нужно повидать кой-каких людишек – если они, конечно, сейчас здесь. Впрочем, многое будет зависеть от парней Лема. Посмотрим… я не могу похвастаться наличием сколько-нибудь конкретных планов, но ведь ты сама знаешь: стоит лишь начать тянуть за ниточку, а уж конец сыщется – не сегодня, так завтра. Пока у меня одна зацепка: тот самый карго, на котором удрал сукин сын Райделл.

Понятно, что сейчас он еще болтается где-то в районе Престуса, мы его обогнали как минимум на трое суток. Ну да ничего, мне хватит одного имени хозяина. Раз на планете творятся нечистые дела, кончик нитки мы нащупаем в любом случае. Не забывай, на Бифорте работает вся моя машина – а она немаленькая и хорошо натаскана именно на такие случаи.

Запив фруктовый салат стаканом прохладного сока, Роберт выбрался из-за стола и отправился в спальню одеваться.

На пороге гостиной его остановил визг лежащего в кармане фона.

– У тебя там утро, если я не ошибаюсь? – то был Ара, слегка хмельной и оттого хриплый.

– Только позавтракали, – ответил Роберт. – У тебя что-то интересное?

– У меня, дядя, еще одна странность… похоже, мы начинаем запутываться. «Эдгар Продакшн» никак не была связана с нашей таинственной «Тампой». Зато мы, кажется, выяснили, куда эти аферисты вдували свои бабки. Ты представляешь себе ежемесячные закупки продовольственного сырья – тут аж семьдесят позиций – на сумму от ста до двухсот тридцати миллиардов крон?

Роберт потерял дар речи.

– Ара, ты уверен? На эти деньги можно загрузить работой половину перерабатывающих мощностей Грэхема! И, в таком случае, получить прибыль порядка…

– Никого они не загружали, – перебил его Кириакис, – судя по документам, все харчи оседали у них на складах и никуда не девались… вообще никуда, понимаешь?

– А?..

– Во-во.