Тёмных дел мастера. Книга четвёртая

Да и живи ты как хошь, ведь на самом деле! Торгуешь  – торгуй! охотишься – охоться! Землю пашешь – паши хоть целый день! Но вот к чему гадить-то самому себе под дверь? К чему рубить столько деревьев, что их до самого горизонта уже не остаётся? К чему столько заразы выбрасывать, чтобы травить ею бывшие поля плодородные, от леса когда-то отнятые под пашни? К чему, в конце концов, нужна вся эта ваша магия, если от неё и вам самим худо, и природа вокруг только страдает?! – громко вскрикнул в заключение бородатый лучник.

Но Фейр, конечно, не удостоила его немедленным ответом, уставившись вместо этого на собеседника слегка выпученными глазами. Их выражение ясно говорило Гортеру о той же самой отстранённости и безучастности, которую он уже однажды читал в глазах того престарелого жителя Варгоса, без шума решившего передать Гортера в руки властей, когда бывший следопыт просто разговаривал с ним на схожие темы.

– Послушайте, я не знаю, на что Вы так взъелись, – попыталась всё же через пару секунд продолжить вести более-менее конструктивный диалог девушка, – но наше правительство во главе с Его Величеством Королём постоянно трудится над тем, чтобы страна элементарно держалась на плаву, давая её народу как можно больше благ и свобод. У нас уничтожается производимый мусор гораздо эффективнее, чем, скажем, это происходит в колониях Великого Гилия в Сунгхи.

– Эх, не спеши надрывать глотку, девочка-а, – махнул рукой Гортер, снова уставившись вперёд на круп лошади. – Вижу я, что ничего ты не знаешь на самом деле, и судишь только по чужим словам. Веришь, нет, но в моё время такого истребления жизни вокруг ещё не было! Чтоб по всему северу мусор да целыми горами лежал… Хотя как же я прав оказался тогда, когда последний раз был в вашей столице и понял, что это королевство когда-нибудь и до такого дойдёт.

– Да, но большая часть людей живёт в городах, – предприняла последнюю попытку оправдать свои жизненные ценности Фейр. – И до ваших лесов им всем как до сиреневой звезды, в общем-то.