Ночь пляшущей тени

Не утруждая себя словами, протянул листок бумаги, на котором был записан адрес – извозчик кивнул, и сонная серая кобыла потянула старенький фаэтон куда-то в сторону бухты.

Минут через двадцать, объехав квартал складов с желтыми железными крышами, возница остановился в усаженной фруктовыми деревьями улочке.

– Ваш адрес, господин мой, – вежливо произнес он.

Маттер поблагодарил его серебряной монетой и вылез.

За невысоким, в рост человека, забором виднелся белый двухэтажный домик, а дальше – дощатые хозяйственные строения.

Подойдя к калитке, князь поискал что-нибудь наподобие дверного молотка, но, не найдя оного, осторожно постучал по лакированным темным доскам кулаком. Спустя минуту во дворе раздались шаркающие шаги, калитка приоткрылась, и в образовавшейся щели появилось настороженное лицо средних лет женщины, украшенное мелкими рыжими кудряшками.

– Добрый вечер, – поклонился Маттер, – Скажите, дома ли сейчас господин капитан Хадден?

– Капитан дома, у себя, – немного испуганно заморгала женщина – очевидно, квартирная хозяйка, – А как велите доложить о вас?

– Скажите просто: прибыл господин Маттер, по неотложному делу.

Хадден выскочил из дома с такой скоростью, словно за ним гнались демоны. Рванув калитку, он едва не налетел грудью на князя, отпрянул и тут же, придя в себя, немного неловко поклонился:

– Ваша милость… что-то произошло? Сейчас я надену скрытый доспех и захвачу оружие – это займет несколько секунд.

Где наш экипаж? Где Ян?

– Нет-нет! – засмеялся, выставляя перед собой поднятые ладони, Маттер. – Мне всего лишь нужно побеседовать с тобой, Хадден. Могу я рассчитывать на твое гостеприимство?

– Сейчас я отправлю хозяйкиного бандита за вином, – прерывисто выдохнул Хадден. – А то у меня не очень-то… прошу вас, ваша милость. Сюда, у меня отдельный вход на второй этаж. Очень удобно, знаете ли.

Маттер поднялся по темной лестнице на второй этаж дома и оказался в двухкомнатной мансарде – помещение побольше, с письменным бюро и ветхой, хотя и изящной когда-то книжной стремянкой служило, по-видимому, кабинетом и гостиной, а боковая каморка, в которой виднелся почерневший от времени шкаф, была спальней.

– Стин! – заорал Хадден в распахнутое треугольное окно. – А ну, живо сюда! Стин!

Работавший в саду мальчишка бросил грабли и рванул на зов.