Я, дьяволица

 – Демон исправно заполнял красной ручкой все пустые поля в бланке.

Я задумалась, потому что мало что помнила.

Была ночь, я возвращалась домой после вечеринки в «Стодоле»[1 - «Стодола» – известный ночной клуб в Варшаве (здесь и далее прим. пер.).]. Кто-то вышел со мной из клуба. Шел за мной. Затем гнался. Уже у самого Поля Мокотовского[2 - Поле Мокотовское – один из самых больших парков Варшавы.] он схватил меня за руку и потащил. Я кричала, но никто меня не услышал. Мужчина волок меня в сторону парка, между деревьев.

Я вырвалась, хотела убежать, спастись, но он достал нож. Блеск клинка в свете одинокого фонаря.

– Нож. – Поняв, что ему требовался подробный ответ, я добавила: – Колотая рана в живот…

Я задумалась. Почему я ушла из этого клуба в одиночестве? Никак не получалось вспомнить. Я никогда так не делала – мы всегда возвращались домой всей компанией, не разделяясь. Почему я совершила такую глупость? И зачем, бога ради, пошла в сторону парка? Это совершенно на меня не похоже.

– Понятно, – буркнул он. – Кем направлена?

Перед глазами встал статный брюнет, который, по окончании спора с каким-то заносчивым блондином, отправил меня сюда. Перед этим он кратко объяснил мне, что я умерла и попаду в Ад, но я слишком красива, чтобы пропадать, как он сказал, «на жарком юге». Ни черта не поняла, что он имел в виду…

– Азазель сказал мне прийти сюда…

– Все сходится. Прошу подписать здесь. – Он подвинул ко мне документ, и я послушно его подписала. – Следующий ваш шаг будет таким: отправляйтесь на Распределение в комнату 66.

Там вы получите дальнейшую информацию.

– А… – начала я, но он перебил:

– Дверь прямо за вами. Благодарю, приятного дня. – Он улыбнулся мне, но глаза его не улыбались.

Мне было трудно оторвать взгляд от его безобразных зубов, с которых капала слюна. Просто отвратительно! Наконец я взяла себя в руки, захлопнула рот, крепко сжала в руке бумагу и вышла из комнаты.

Подняв взгляд, я увидела перед собой дверь с табличкой «Распределение» и большими цифрами 66 – могла бы поклясться, что раньше ее там не было.

Я обернулась. Отдел кадров, из которого я только что вышла, перестал существовать. За мной была обычная стена. Я посмотрела направо, затем налево. Узкий коридор бесконечно тянулся в обе стороны.

Единственная дверь была передо мной. Выбирать не приходилось – войти я могла только в нее.

Хотелось плакать. Я совсем перестала понимать, что происходит вокруг.