Я, дьяволица

Его опекуны, – она изобразила в воздухе кавычки, – несколько раз пытались от меня избавиться, но у них ничего не вышло. Меня изгнали, но я собрала войско в Палестине и вторглась в Египет. Затем, при помощи моего любимого Цезаря, я избавилась и от опекунов, и от их марионетки – бестолкового Птолемейчика. После смерти Цезаря я и мой сын Цезарион остались одни, и нам пришлось снова сражаться за то, чтобы Египет не поделили на части и не поставили во главе страны какого-нибудь римлянина. Только когда я вышла замуж за Марка Антония, Египет достиг наибольшего расцвета.

К сожалению, последующие междоусобицы и беспорядки в Риме вынудили нас уступить. Антоний покончил жизнь самоубийством, а я… что ж… поскольку я умерла при родах несколькими годами ранее, я инсценировала свою смерть, позволив королевской кобре укусить меня, и таким образом покрыла себя вечной славой и заставила свой народ поклоняться мне.

Клеопатра сияла, рассказывая мне историю своей жизни. Посмотрев на нее, поняла, что я далеко не первая (и даже не в первой сотне…), кто слушает эту краткую биографию.

Она тяжело вздохнула, оценивающе глядя на меня пронзительными черными глазами.

– Придется хорошенько постараться, чтобы сделать из тебя настоящую дьяволицу…

Секундочку! Как это она умерла при родах, а пару лет спустя подстроила свою смерть? Что-то тут не стыковалось.

– Как это умерла при родах? Ты же покончила с собой при помощи кобры…

Она состроила претенциозно-удивленное лицо:

– О… Тебе никто этого не объяснил?

Я чуть не вышла из себя.

Белет забыл рассказать мне об этой малюсенькой детали? Например, что я, возможно, все еще жива?!

– Нет, – почти прорычала я. – Я что, еще жива? Могу вернуться на Землю?

Теперь красивое лицо Клеопатры выражало только сочувствие. Она утешительно похлопала меня по руке:

– Нет, Виктория… Ты не жива и не можешь туда вернуться, чтобы жить дальше…

Я погрустнела. А я уже решила, что смогу снова увидеть брата. Сказать ему, что со мной все в порядке. Он наверняка переживал: мы не жили вместе, но часто созванивались.

Вчера я не позвонила.

Интересно, мое тело уже нашли? Полиция просила его опознать мои останки? Я проглотила комок в горле. Как мог выглядеть мой труп? Я не знала, что убийца с ним сделал. К горлу подступила тошнота.

– Виктория… Ты не можешь туда вернуться, чтобы жить, но можешь вернуться, чтобы существовать. – Клеопатра радостно улыбнулась.

Мне казалось, что я разговариваю с женской копией Белета.