Я, ангелица

Неужели это означало, что дьявольский ключ – в то же время ангельский? Или у жителей Аркадии были другие способы передвижения с одного места на другое?

– Кто из нас создаст проход? – спросил красавец дьявол.

– Естественно, я, – усмехнулся Азазель. – Я вернусь туда во всем великолепии. А моя мощь ослепит всех ангелов!

Мы с Белетом переглянулись, но не стали комментировать слова дьявола. Ему в голову часто приходили подобные светлые мысли.

– Кроме того, моя дверь выглядит величественнее вашей. – Азазель злобно улыбнулся и повернул свой дьявольский ключ в стене моего дома.

Он в чем-то был прав. Пока мой ключ был у Петруши, я пользовалась ключом Белета. Его дверь была чрезвычайно красивой – ни дать ни взять турецкая лампа. Но и она не могла сравниться с высокими черными вратами Азазеля. Они были… демоническими и идеально подходили для грандиозного появления.

Я глубоко вдохнула. Я буду смелой.

Азазель потянулся к дверной ручке.

– Как там? – быстро спросила я Белета.

– Красиво.

Азазель нетерпеливо распахнул дверь. Нас ослепил белый свет. Я закрыла глаза и остановилась, но Белет потянул меня за собой. Я переступила порог. За нашими спинами громко аплодировали жители Нижней Аркадии.

Когда я наконец смогла открыть глаза, врата за нами превратились в мерцавший в воздухе контур. Наступила мертвая тишина. Зато перед нами…

Молочно-розоватый туман струился под нашими ногами, скрывая землю и нашу обувь. Белет все это время держал меня за руку. Теперь он быстро тянул меня в сторону… врат в Рай.

Стоп… врата?

Ад, в отличие от Рая, не был окружен никакими стенами. Там всех встречали с широко распростертыми объятиями и веселой, хоть и слегка фальшивой, улыбкой. Но Аркадия? В какую сторону ни глянь, увидишь металлическое ограждение.

Высокие серебряные решетки венчались золотыми пиками, переливавшимися на солнце. Внизу ограждения каждые десять метров располагались странные существа.

Мы медленно двинулись к золотым вратам. Эти загадочные фигуры виднелись и тут.

Видимо, это были золотые статуи существ, похожих на обезьян с четырьмя руками. Все они были сделаны из драгоценного металла, вместо глаз вставлены гигантские рубины, а в руках они держали изогнутые серебряные сабли. Из приоткрытого рта торчали куски пергамента. Эти существа были довольно красивы, когда весело поблескивали на солнце.

Мне захотелось подойти к ним, чтобы потрогать их и рассмотреть их поближе, но Белет крепко схватил меня за плечо.