Чтобы не было одиноких..

Она облокотилась на стойку и смотрела куда-то вдаль. Даже гул старых лампочек стих, а на улице стемнело, будто никто не хотел нарушить таинство.

Ева ждала, что ответит Соня. Но та продолжала молчать, двигая соломинкой в бокале.

«Когда-то я тоже не знала ответа на этот вопрос, – продолжила писательница, разочарованно выдохнув. – Пока не поняла, что даже если не останется денег, найдутся те, кто не даст мне умереть с голоду. Мне всегда будет, где жить и что есть. Потому что мне есть, что дать взамен».

«Что же это?», – спросила брюнетка.

«Принятие, дорогая. Нам всем нужно, чтобы был хотя бы один человек, который примет нас от и до. Такими, какие мы есть. По факту, это обязаны делать родители. И то, до определенного времени. Пока мы не начинаем совать пальцы в розетку или говорить слово «хрен» вместо «мама». Это только начало. Сначала нас воспитывает семья, потом – социум. Сколько бы тебе ни было лет: 13 или 23, главное, то, чего ты будешь хотеть – принятие. Однажды ты сможешь даже купить чье-то терпение за деньги.

На кухне, что-то с грохотом упало, нарушив интимное таинство.

«Но есть же и те, кто соглашается терпеть за деньги, – возразила Соня, —Сначала надо принимать себя. А, что до остальных… Если что-то не нравится – могут валить куда подальше».

Еву кольнула манерность Сони: она выглядела настолько самодовольной, будто победила в каком-то соревновании.

«Безусловно… В твоих словах есть доля правды, – почтительно склонила голову Лилит, – По, по итогу, ты останешься одна. Или в окружении слабых, не способных на сильные решения прихлебателей и мужа-подкаблучника, мучаясь от того, что все они – слабее тебя, а ты нужна только до тех пор, пока можешь подпитывать. Они не принесут счастья. Вполне вероятно, что боль и вкус пустоты притупят дорогой курорт и молодые крепкие тела австралийских серфингистов.

Соня казалась растерянной. Лилит погладила ее по руке.

Со стороны все выглядело так, будто кучка пьяных подруг, допившихся до той самой кондиции, философствуют о жизни. Все эти разговоры потом выветриваются как дым.

«Дамы, у меня идея, – Лилит хлопнула по стойке. – Не кажется, пора перенести наши встречи в более удобные декорации. Я, конечно, без ума от «Без…б», но не отказалась бы прилечь. Ева, Алена… Соня?».