Наблюдатель

Несмотря на привлекательную, модельную внешность, парень отталкивал искусственной улыбкой и показной манерностью.

Собеседник понял, что сболтнул лишнего, и лишь коротко кивнул.

«Валера, – он протянул руку, но Дима только приподнял бровь, и зашагал к подъездной дорожке. – Погоди…».

За спиной громко хлопнули дверцей автомобиля: Валера бросил пиджак на переднее сиденье и засеменил следом.

«У тебя как с сетью? Какие-то помехи… вроде, есть пара палок. На мессенджер с трудом хватает, – окликнул он Диму на пороге.

Тот вытащил телефон и неопределенно пожал плечами, соглашаясь. – Ладно, скорбный час в лесной глуши не испортит шикарной ночи…».

Дима, проигнорировав скабрезную шутку, потянул на себя дверь: та легко поддалась, хоть и выглядела массивной.

Проходная, была погруженная в полумрак: письменный стол, со столешницей из цельного куска дерева, угловой диван, на котором с лёгкостью бы уместились человек 10-12, мраморная барная стойка. Наверх вела трехпролетная лестница. Приглушённый свет давали настенные светильники и яркий луч из проема соседней комнаты.

Оттуда доносились голоса и лёгкая музыка.

Дима подумал о том, что на месте хозяина, устраивал бы в резиденции собрания тайного общества.

«Жутковатое местечко…, – Валера, шедший чуть позади, не разделял восхищённых настроений: ему не терпелось убраться отсюда поскорее. – После вас».

Комната представляла собой нечто среднее между столовой и библиотекой без единого окна. Потолок венчали две хрустальные люстры, инкрустированные кристаллами.

Самая длинная стена почти до самого потолка была заставлена книгами. Прочее убранство составляли несколько кресел, шкура белого медведя, расстеленная на полу у камина и винтажный комод, на котором громоздились различные безделушки. За обеденным столом сидели трое.

Крепкий широкоплечий мужик с бритой головой пытался поймать сигнал, тряся телефоном. На его шее болталась золотая цепь с крестом. Гарнитур дополняли часы из того же материала и толстое обручальное кольцо.

Еще одного, расположившегося с левого края, Дима обозначил для себя как «типичного клерка»: неприментное лицо с трёхнедельной щетиной, застиранная до серого, рубашка, достаточно дорогой, но потрёпанный, пиджак. Он отрешённо изучал что-то за спинами новоприбывших.

«Какие люди и без охраны… Макс, – удивленно присвистнул Валера. Заметно оживившись, он подошёл к клерку и уселся рядом, протянув руку. – Сто лет не виделись…».

«Еще бы столько не видел.