Конгломерат

Но уже скоро доберусь до колокольни Нотр-Дамма».

Он улыбается.

«Значит, да. Как ты себя чувствуешь?»

«В меру своих возможностей хреново… Ты не хочешь приехать ко мне в гости?».

Глава 3

«Однажды ты напишешь книгу, которая сделает тебя знаменитой», – Гидеон чуть переплетает наши пальцы, поглаживая внутреннюю сторону моей ладони, отчего по телу прокатывается трепет.

Первое настоящее свидание. Первые настоящие прикосновения. Первые слова, сказанные не в спешке, без страха быть непонятными или бесчестными по отношению к другим вторым половинам.

Взаимная симпатия зародилась на плодородной почве, щедро сдобренной смесью из прогнивших обломков наших предыдущих браков.

«Да, однажды, так и будет. А как насчет тебя?», – с любопытством разглядываю его через пузырьки шампанского.

«Я поеду с тобой».

«Уверен?».

Гидеон забирает у меня пластиковый бокал, делает из него глоток и, чуть прищуривается. Черты его лица заострились еще сильнее.

«Когда смотрю на тебя, то чувствую тепло, в котором готов раствориться… Будто ты обволакиваешь меня. Разве можно не следовать за этим согревающим светом? С тобой я ясно вижу, чего хочу».

Дыхание Гидеона опаляет мои губы.

Первый поцелуй стал оазисом тепла в продуваемой всеми ветрами парковой беседке.

Мы достаточно быстро съехались, и также расписались. Будто пытались обмануть жизнь в том, что это – наши первые отношения.

Я думала, что теперь всё точно будет по-другому.

Но когда успех коснулся моей головы, это очень не понравилось Гидеону, хоть, он и не говорил об этом прямо поначалу.

Конфликты становились частыми гостями в нашем доме соразмерно росту продаж.

Чем больше людей узнавали обо мне, тем реже становились выходы. Муж жёстко контролировал перемещения, контакты и круг общения. Всё, что считалось нормой до брака, вдруг, стало недопустимым и подвергалось критике.

«Твои друзья – алкоголики, наркоманы и шлюхи».

«Значит, и я тоже?», – устало спрашивала я, прежде чем провалиться в светящийся монитор.

Гидеон обычно ничего не отвечал на это: не мог же он впрямую назвать свою жену шлюхой или алкоголичкой.

«Почему ты мне не доверяешь?».

«Я не тебе не доверяю. Я им не доверяю».

После этого в стену летел мой телефон, а какой-нибудь художник или поэт отправлялся в «чёрный список». В качестве наказания.