Эффект крови

В такой же зелено-пятнистой форме курсанты, в том числе и девушки, с увлечением мутузили друг друга, демонстрируя приемы рукопашного боя высоким гостям.

– Вот это они дают. Что скажешь? – Астронг одобрительно похлопал. – Ведь впечатляет же!

– Мой инструктор рукопашного боя говорил мне: «Чтобы вступить в рукопашный бой, боец спецназа должен похерить на поле боя: свой автомат, пистолет, нож, детали бронекостюма, саперный набор, сам бронекостюм, бронешлем. Найти ровную площадку, на которой не валяется ни одного камня или палки.

Хэлвиг раскатисто хохотнул, а озадаченный Дэн Астахов воспользовался паузой и влез в разговор:

– Нам бы поторопиться. Агент сообщил, что ситуация накаляется.

– Я свой ход сделал. Теперь слово за ними… – Астронг пожал плечами и вновь стал смотреть на разворачивающееся представление. На полигон медленно въезжала колонна колесно-гусеничной техники.

Спустя пару минут по бокам колонны загрохотали взрывающиеся цепочкой светошумовые заряды и на машины кинулись штурмующие.

– Совместно темп не держат. С обеих сторон разные по возможностям группы. Те, что справа, почти на уровне элиты. А вот те, что слева. слабоваты.

– Сложно ожидать от спецназа модификации вашего уровня, Стэфания, – не удержался и поддел девушку Дэн Астахов.

– А какой у тебя уровень? – Хэлвиг неожиданно поймал себя на мысли, что ни разу так и не спросил, а почему, собственно, эту девушку так безоговорочно слушались остальные телохранители и даже очень недоверчивый Дэн Астахов во всем, что касалось именно боевого сопровождения.

– Внекатегорийный, дорогой. – Девушка чуть нахмурилась, но потом справилась с эмоциями, украдкой показав Астахову свой кулачок.

– И что это значит? – Хэлвига было сложно сбить с темы, а уж соскочить нечего было и пытаться.

– Я смогу справиться с любой нежитью один на один. – Стэфи произнесла это невинным тоном, словно рассказывала, как в первый раз поцеловалась с мальчиком в детском садике.

– С любой кинежью?

– Да, дорогой, с любой. При прочих равных условиях, конечно.

Хэлвиг поперхнулся, вспомнив сцену убийства премьер-министра. И по-новому взглянул на своего ангела-хранителя.