Спокойной ночи

***

– Ах, Мотенька, Мотенька! Что тебе досталось? – увлечённо спросила Софья.

– Да, да! Мотя, скажи! – поддержала сестру Настенька.

Щебет младших сестёр раздражал Матвея Семёновича. Эти барышни с их глупыми играми и мечты о прекрасной и вечной любви с безбедным, молодым, верным и прекрасным аристократом.

Ну да. Неудивительно, что батюшка сомневается в том, сможет ли Софья найти себе жениха и отправлять ли Настю в гимназию. Ох, ничего, скоро он вернётся в институт – и вновь продолжится весёлая студенческая жизнь.

– Завидую Виктору – он уже сам преподаёт, – проворчал Матвей, вспоминая старшего брата.

– Мотенька! Мотенька! – не унимались младшие сёстры.

«Я понимаю! Именно тогда она подала мне знак! Это было не случайно!»

Матвей вздохнул и бросил карту на кружевную скатерть чайного столика. Девочки приподнялись со стульев, чтобы как следует разглядеть карточку.

– Что там? Что там? – верещала младшенькая Настя.

– Смотри! Это Плющ! У братика – Плющ!

– Так, посмотрим, что же означает «Плющ» на языке цветов! О! «Привязанность»!

– Привязанность?

– «Привязанность»! – кивнула София.

 – Хо-хо! Мотенька, это означает, что скоро ты встретишь человека, что станет для тебя… Мотя! Мотя, ты куда?

Матвей отодвинул стул и, не оборачиваясь, вышел из гостиной. Ох, ничего, спустя два дня он вернётся в общежитие из родительского дома. Надо продержаться только два дня!

– Я так умру, – просипел он. – Я так не смогу.

***

– Говорю тебе, Леонид, я был уверен, что или сразу сойду с ума дома, или умру от скуки!

– Не переживай, Мотя, ты вновь на воле, – Леонид Дмитриевич хлопнул своего друга по плечу и они продолжили прогулку.

Могильные камни проплывали слева и справа двух молодых студентов. Все из их «альма—матер» любили это место. Преподаватели и коменданты сюда не ходили – и можно было бедокурить и пить вино сколько душе влезет.

– Ах, что за таинство хранится здесь? – то ли пропел, то ли пробормотал Леонид, подняв голову и следя за стаей грачей, поднявшихся с крыши колокольни.

Кладбищенская дорога отсырела после дождя, в скользкой грязи остались следы от колёс телеги. Мелкие соломинки торчали из земли. Сама телега с гробом, сопровождаемая воющей и плачущей толпой, приблизилась к воротам церкви. Два студента с интересом наблюдали за тем, как мужики пытаются поднять дубовый гроб с телеги.

– Уронят, – усмехнулся Леонид.

Он ошибся.

– Ну, ладно, Мотя, пошли в общежитие. Уже поздно, комендант будет лютовать.