Механический принц

Ты бы удивился…

– Если это твои знакомые, то вряд ли мы удивимся, – подала голос Джессамина, лежавшая на кушетке с компрессом на лице. Она все еще мучилась от головной боли.

– Дорогая, с тобой все в порядке? – не на шутку встревоженный Генри обошел стол, за которым сидела Шарлотта. – Ты пятнами пошла…

Он говорил правду: от злости у Шарлотты на лице и на шее проступили красные пятна.

– А мне нравится! – не замедлил высказаться Уилл. – Я слыхал, что горошек сейчас в моде!

Генри похлопал супругу по плечу.

– Может, тебе тоже принести компресс? Что мне сделать, чтобы тебе помочь?

– Поезжай в Йоркшир и снеси голову этому старому козлу! – гневно сверкнула глазами Шарлотта.

– Боюсь, это несколько осложнит наши отношения с конклавом, – совершенно серьезно ответил Генри. – Ты же знаешь, как они реагируют на беспричинное обезглавливание.

– Ох! – в отчаянии откинулась на спинку кресла Шарлотта. – Я сама во всем виновата! Не знаю, с чего я взяла, что мне удастся его переубедить. Это какой-то ходячий ужас, а не человек…

– Что именно он пишет? – спросил Уилл.

– Наотрез отказывается встречаться со мной или с Генри, – мрачно произнесла Шарлотта. – Пишет, что никогда не простит мою семью за то, что сделал отец. Отец… – Женщина вздохнула. – Был сложным человеком. До мозга костей преданным букве Закона. А Старквезеры… ну, скажем так, допускали вольные трактовки. Отец считал их дикарями и не стеснялся говорить об этом вслух. Но как он ухитрился так досадить им, чтобы старик носился со своей обидой до сих пор, я понятия не имею.

– А почему его не пригласили? – спросил Джем.

– Он слишком стар. Ему давно пора уйти на покой, но он вцепился в свое место мертвой хваткой, и Консул Вейланд пока ничего не может поделать. Так или иначе, на Советы он его больше не зовет. Видно, надеется, что Алоизий сам все поймет – или наконец умрет от старости.

– Если он не хочет видеть вас, почему бы не послать кого-нибудь другого? – скучающим голосом предложила Джессамина. – Вы же глава Института, члены Конклава должны вам подчиняться.

– Многие из них на стороне Бенедикта, – напомнила Шарлотта. – Они ждут, что я провалюсь. Я не знаю, кому теперь могу доверять.