Потерянная Белая книга

Но все-таки после создания Альянса между Нижним Миром и Конклавом возникли более доверительные отношения.

Он почувствовал, что слегка краснеет. Всякий раз, когда он упоминал Альянс Нижнего Мира и Сумеречных охотников, ему казалось, что окружающие считают его хвастуном. Ведь он сыграл важную роль в создании этой организации, помимо Майи Робертс, вожака самой многочисленной стаи нью-йоркских оборотней, и Лили Чэнь, главы вампиров Нью-Йорка. С другой стороны, он действительно гордился проделанной работой.

– Да, ты прав, Алек, – согласилась Мариза, – и я очень ценю твои старания.

Макс, догадавшись, что кто-то им любуется, поднял голову, с победным видом улыбнулся Алеку, а в следующий миг его волосы охватило голубое пламя.

– О боже! – воскликнула Мариза и инстинктивно отпрянула. Кадир со своим обычным бесстрастным видом шагнул к столу Маризы, взял стакан воды и вылил на Макса. Пламя угасло.

Кадир взглянул на Алека, приподняв бровь.

– Прошу прощения.

Мариза подхватила Макса на руки, и он сразу забыл о своем несчастье, увидев в непосредственной близости от себя блестящие золотые серьги.

– Такое решение проблемы не хуже любого другого, – пожал плечами Магнус. – Лучше плачущий ребенок, чем пожар в доме.

– Вполне подходящий к случаю афоризм, – сказал Кадир. С его стороны такое высказывание было эквивалентно признанию в вечной любви.

– И что ответил Джейс? – поинтересовался Алек. – Он согласился взяться за эту работу?

– Он сказал, что должен подумать. Но не сомневаюсь, что он согласится, – не очень уверенно ответила Мариза. – Вообще-то, меня удивляет то, что он тебе об этом еще не сообщил. Мне отчего-то казалось, что моя «новость» не станет для тебя неожиданностью.

– Он ни словом об этом не обмолвился, – пробормотал Алек. Настроение испортилось. Действительно, почему Джейс не упоминал об этом предложении? Даже если он сомневался в себе, с кем еще говорить о своих сомнениях, кроме парабатая? Да и вообще, о чем волноваться Джейсу? Алек не знал никого из молодежи, кто лучше него подошел бы на роль главы Института.

– Мне кажется, он не хочет, чтобы его запомнили как парня, который поддерживает Холодное Перемирие, – мягко произнес Магнус.

– Он что, с тобой об этом говорил? – насторожился Алек.

В словах Магнуса был определенный смысл.