Потерянная Белая книга

В смысле, для моего исчезновения. Сейчас любое преступление, совершенное в Идрисе, злодейство и все в таком духе обязательно свяжут с войной и с Орудиями Смерти. Так что у его подручных вряд ли возникнут сомнения.

В эту минуту Магнус решил, что с него довольно.

– Ты не хочешь мне рассказать, что здесь происходит? Ведь это ты попросил меня приехать! Сказал, что это вопрос жизни и смерти! Может, чаю выпьем, или ты уже успел покорежить чайник?

Рагнор выпрямился.

– Я собираюсь инсценировать свою смерть, Магнус.

Он издал странный смешок, поднялся с кресла и направился к двери. Магнус решил, что «умирающий» решил продолжить работу над декорациями, и неохотно последовал за ним.

– Ради всего святого, объясни, зачем?! – крикнул он в спину другу.

– Понятия не имею, почему это случилось именно сейчас, – отозвался Рагнор, – но они возвращаются. Целая банда. Убить их нельзя, ты это сам знаешь. Можно лишь отправить их домой ненадолго, но потом они все равно вернутся. О да, вернутся, и еще как!

Магнус уже начал подумывать, что у Рагнора серьезные проблемы с головой.

– Да кто «они»?!

Рагнор внезапно появился в непосредственной близости от Магнуса, в каком-то дверном проеме – Магнус решил сначала, что дверь ведет в чулан, но оказалось, что это боковой коридор.

– Он еще спрашивает, – с издевательской усмешкой произнес зеленый маг и на мгновение превратился в прежнего Рагнора. – О ком мы говорили с самого начала? О демонах! Верховные Демоны! Что за имя… Как вообще случилось, что мы позволили им навязывать нам свои титулы? Уж слишком напыщенно звучит.

– Ты давно начал пить? – осведомился Магнус.

– Я всю жизнь пью, – пробурчал Рагнор. – Позволь, я назову тебе несколько имен. А уж ты мне скажешь, вызывают они какие-нибудь ассоциации или нет.

– Валяй.

– Асмодей.

– Милый папочка, – ответил Магнус.

– Бельфегор.

– Тип неопределенной наружности, – усмехнулся Магнус. – К чему это все? Неужели кто-то из них объявил охоту на тебя?

– Лилит.

Магнус резко втянул воздух сквозь стиснутые зубы.

– Мать Демонов. Возлюбленная Саммаэля.

– В точку. – Глаза Рагнора вспыхнули. – Но я имею в виду не ее, а его.

– Саммаэль? – хмыкнул Магнус. – Да быть того не может.

– Может.

Это было сказано с таким выражением, что Магнус, наконец, понял: друг не шутит. Сердце у него болезненно сжалось.

– Ты разрешишь мне все-таки присесть, или как? – пролепетал он.