Последние часы. Книга I. Золотая цепь

Золотисто-каштановые волосы были убраны под шляпку, а бледно-голубой жакет и юбка прекрасно сочетались с цветом ее глаз.

Люси сопровождали двое. Корделия узнала ее мать, Тессу Эрондейл, знаменитую – во всяком случае, среди Сумеречных охотников – супругу Уилла Эрондейла, главы Лондонского Института. Она выглядела лишь немногим старше дочери. Тесса была чародейкой, умела изменять внешность и обладала еще одним даром: бессмертием и вечной молодостью.

Рядом с Тессой стоял Джеймс.

Корделия вспомнила, как однажды, когда она была еще маленькой девочкой, ей захотелось погладить лебедя, жившего в пруду в их поместье.

Злобная птица почему-то бросилась на нее, врезалась ей прямо в живот и сбила с ног. Несколько минут Корделия лежала на траве, хватая ртом воздух и пытаясь отдышаться; тогда она испугалась, что никогда больше не сможет сделать ни одного вдоха.

Она понимала, что история звучит не слишком-то романтично. Вряд ли она решилась бы признаться кому-нибудь в том, что всякий раз при виде Джеймса Эрондейла испытывает чувство, будто ее клюнул рассерженный лебедь, но это было правдой.

Он был таким красивым, таким красивым – глядя на него, она забывала о том, что нужно дышать. Непокорные волнистые черные волосы казались Корделии мягкими на ощупь; длинные темные ресницы отбрасывали тень на глаза цвета меда или янтаря. Ему было семнадцать; неуклюжий длинноногий подросток исчез, и перед Корделией стоял стройный, изящный юноша с совершенной фигурой и лицом, невыносимо прекрасный, словно гениальное произведение искусства.

– Уф! – Она неловко спрыгнула на мостовую. Каким-то образом ей удалось справиться с дверцей кареты, и теперь она стояла на тротуаре и слегка покачивалась, пытаясь обрести равновесие. Ноги, казалось, разучились ходить после долгих часов, проведенных в дороге.

Джеймс мгновенно очутился рядом с ней, подхватил ее под руку, не дал упасть.

– Маргаритка? – воскликнул он. – С тобой все в порядке?

Такое прозвище когда-то дал ей он сам. Он не забыл.

– Просто я немного неуклюжая.

 – Она уныло огляделась по сторонам. – Я надеялась, что мое появление будет более эффектным.

– Не стоит волноваться, забудь об этом. – Он улыбнулся, и сердце ее дрогнуло. – Мостовые Южного Кенсингтона – коварная штука. Мне и самому не раз приходилось вступать с ними в единоборство.

«Придумай какой-нибудь достойный ответ, – сказала она себе. – Скажи что-нибудь остроумное».

Но Джеймс уже отвернулся и наклонил голову, приветствуя Алистера.