Орудия Смерти. Город стекла

 – Коротышка подмигнул Саймону, который смущенно пялился на него. Ни разу прежде – ни когда Саймон был примитивным, ни когда он стал вампиром – Сумеречный охотник не обращался к нему столь приветливо. – О, чуть не забыл! – хлопнул себя по лбу коротышка. – Надо представиться. Я Инквизитор, новый Инквизитор. Зовут меня Элдертри.

Элдертри протянул Саймону руку, и тот, по-прежнему смущенный, ответил пожатием.

– А ты? Должно быть, Саймон?

– Да, – ответил вампир, спеша высвободить руку из влажной и липкой ладошки Элдертри.

– Уверен, о, я уверен, что так и есть! – жизнерадостно произнес Элдертри, однако Саймон заметил странную тень на его лице. – Сюда, Саймон, – улыбнулся Инквизитор, указывая на узкую тропинку, вьющуюся вдоль Гарда. – Изволь.

Алек хотел последовать за Саймоном, но Инквизитор поднял руку:

– В твоих услугах, Александр, мы больше не нуждаемся. Спасибо, что помог.

– Саймону…

– …Ничто не угрожает. Малахи, проводи, пожалуйста, Александра на выход.

Одарив собравшихся еще одной благостной улыбкой, Элдертри поторопил Саймона к порталу.

* * *

Люк перенес Клэри через порог, и мир вспыхнул, начал плавиться. Хозяйка вела нежданных гостей по длинному коридору, освещая путь ведьминым огнем. В бреду Клэри видела, как коридор все удлиняется и удлиняется.

Стены перевернулись. Клэри уложили на холодную поверхность и накрыли одеялом.

Девушка встретилась взглядом с парой голубых глаз.

– На вид она очень больна, Люциан, – произнесла Аматис. Ее слова прозвучали как со старой изжеванной пленки. – Что с ней?

– Наглоталась воды из озера Лин, – ответил Люк. На мгновение в глазах прояснилось, и Клэри увидела, что лежит на плиточном полу кухни, а Люк совсем рядом ковыряется в шкафчике. Желтая штукатурка на стенах облупилась, от пламени в чугунной печке резало глаза. – Анис, белладонна, чемерица… – Люк вытаскивал из шкафчика стеклянные пузырьки.

Клэри хотела сказать, дескать, она и так вся горит, но из горла долетели совсем не те звуки. Оказавшись на руках у оборотня, она захныкала. Потом пришел жар от печки, и левый бок стало припекать. Все-таки Клэри мерзла. Челюсти сильно свело, и во рту почувствовался привкус крови. Мир всколыхнулся, как вода в стакане.