Последние часы. Книга III. Терновая цепь

Волнует ли его, что скажут и подумают друзья? Едва ли – он же был мужчиной. Мужчинам разрешается делать все что угодно, и общество смотрит на это сквозь пальцы.

– Вот мы и на месте, – объявил Магнус, и Корделия очнулась.

«Место» представляло собой кабинет Уилла – комнату, в которой было меньше книг, чем в библиотеке Института, но гораздо больше, чем обычно бывает в жилых помещениях, и высокий деревянный стул на колесиках, чтобы доставать их с верхних полок. Помимо этого, по комнате было расставлено несколько вполне комфортабельных кресел, в которых расположились Уилл, Тесса, Чарльз и Инквизитор.

Корделия задержалась в коридоре, когда Уилл с Тессой подошли, чтобы обнять Джеймса. Если Тесса и заметила, что сын плохо выглядит, она ничего не сказала, просто поцеловала его в лоб, и Корделия вдруг ощутила новый приступ тоски по матери и Алистеру.

– Мэтью, – процедил Чарльз, не давая себе труда подойти к брату, чтобы приветствовать его. – Опаздываешь, как обычно, я вижу. Тебе потребовалось несколько часов на то, чтобы проехать пару кварталов?

– Я был в Париже, Чарльз, – сухо произнес Мэтью.

– Вот как? – рассеянно сказал Чарльз. – А я и забыл. Что ж, ты разминулся с матушкой, она была здесь недавно, но почувствовала себя нехорошо и отправилась домой. И еще вы все пропустили рассказ Мориса. Но, уверен, Уилл и Тесса сообщат вам все, что вам следует знать.

– Мне кажется, лучше будет, если они услышат эту историю от самого Инквизитора, – мягко произнес Магнус.

– Инквизитор сегодня повторял ее уже несколько раз, – отрезал Чарльз.

– Да, пожалуй, – буркнул Морис Бриджсток.

Корделия мысленно согласилась, что выглядит он немного потрепанным: на лице желтели старые синяки, и правую руку он держал как-то неестественно, как будто она была сломана, хотя ему наверняка должны были нанести исцеляющие руны.

– Уилл, надеюсь, вы примете все меры, которые мы обсуждали. Тесса… – Он коротко кивнул хозяйке и вышел из комнаты, не сказав больше ни слова, не глядя на остальных. Чарльз бежал за ним, как собачонка.

Магнус закрыл дверь кабинета и обернулся к присутствующим с каменным лицом. Корделия его прекрасно понимала.

– Как мило, Чарльз нашел себе нового хозяина, – выплюнул Мэтью.