Отражение тени

Бинты сильно впивались в щеки, а повязка не позволяла нормально дышать.

Рядом стояли два деревянных столика один низкий, стоял рядом со мной, второй чуть больше, находился в двух метрах от меня.

Псих вернулся через несколько часов после того, как я очнулась.

Он поднес ко мне стол, который стоял вдали от меня и отвязал левую руку. Я попыталась выдернуть ее, но его хватка была железной. Этот ненормальный положил мою руку на стол и обвел ее мелом. После чего перетянул мне руку медицинским жгутом и затянул его в районе локтя.

– Что вы собираетесь делать! – закричала я, но через бинты во рту у меня получилось только промычать, что-то непонятное.

Псих переложил мою руку на второй, маленький столик и, достав большой охотничий нож, с хрустом хрящей отрезал мне первую фалангу на мизинце.

Я закричала на весь подвал, даже через бинты, мой крик заполнил все помещение, палец ужасно заболел, кровь из него вытекала на столик. Он сунул мне тряпку в руку, чтобы остановить кровь и привязал ее обратно к металлической конструкции, а часть моего пальца положил на столик, там, где был мизинец, на нарисованном мелом контуре моей руки.

Когда он приходил, он не бил меня, не насиловал, он каждый раз отрезал, своим ножом, одну из фаланг на пальце левой руки. После чего перетягивал руку жгутом и уходил, выкладывая мои части на соседнем столе. Я пробыла в подвале около трех недель и когда пальцы закончились, он тонкими пластами нарезал, сначала ладонь. А когда время дошло до запястья, псих принес ножовку по металлу.

Я не понимаю, как я смогла вытерпеть эту боль, которая не заканчивалась и с каждым разом только возрастала и возрастала. Когда он отрезал мне пальцы, было очень больно, когда он нарезал ладонь, было ужасно больно, но когда он отпилил, часть кости, я поняла, что все, что было перед этим, было совсем не больно.

Мне было страшно думать о том, что будет дальше, с ежедневной потерей крови, я ослабла и стала часто впадать в обморок.

Когда псих пришел снова, после того как отпилил мне часть руки, только от одного его вида, я потеряла сознание.

Меня привели в чувство медики, отвязывая веревки. Пока я была в обмороке, полиция смогла выследить его, и прямо здесь в этом подвале, группа захвата скрутила это чудовище.

Меня на носилках выносили из подвала, и я видела, как он лежал на земле лицом вниз закованный в наручники. Мне очень хотелось, чтобы его расстреляли прямо здесь и сейчас.