Королева воздуха и тьмы

 – Вспоминал тебя всякий раз, как кто-то называл Диего по имени – Розалес. И никак не мог перестать.

– А хотел? – ее голос дрогнул. – Хотел перестать думать обо мне?

Он коснулся ее еще раз – совсем легонько. Пальцы скользнули по щеке. По коже побежали мурашки.

– Я знаю, что вы с Марком вместе. И не знаю, где мне теперь место, – его щеки пылали от лихорадки. – Я знаю, как сильно ранил вас обоих, чувствую это буквально костями. И я никогда, никогда не хотел бы снова причинить вам боль. Завтра я уйду отсюда, и никому из вас не придется больше общаться со мной.

– Нет! – вскрикнула Кристина с удивительной для нее самой силой. – Не уходи! Только не один, в никуда!

– Кристина! – его вторая ладонь коснулась ее щеки. Теперь он держал ее лицо в чаше своих рук.

Его кожа горела, красные пятна ползли по скулам, по шее.

– Принцесса! Тебе будет лучше без меня.

– Я не принцесса, – она наклонилась над ним. Их лица были так близко, что она различала каждую ресницу в темной бахроме, затенявшей его глаза.

Он сел на кровати, не отпуская ее лицо. Она едва слышно ахнула; кажется, у нее самой температура подскочила от жара его рук, которые уже соскользнули на плечи, на талию, привлекая ее к нему. Она упала сверху, вытянулась: грудь к груди, бедра к бедрам. Он был тугой, как натянутый лук, – тугой и выгнутый под ней. Горячие пальцы уже пробирались сквозь чащу ее волос.

Она уперлась руками в его грудь, которая быстро поднималась и опускалась. В голове плыло… Ей так хотелось прижаться губами к его скуле, покрыть ее поцелуями.

Ни к кому никогда она не чувствовала подобного – ни к кому, кроме Марка.

Марк. Она отшатнулась от Кьерана, едва не упав с кровати на ковер.

– Кьеран, я не… мы не должны… у тебя жар.

Он перекатился на бок, пожирая ее светящимися в полумраке глазами.

– У меня жар, – подтвердил он. – Но я в своем уме. Я так давно, так долго хотел тебя обнять.

– Ты же совсем недавно узнал меня, – прошептала она, зная, что лжет, по-человечески лжет, пряча настоящие мысли под ненужными колкостями.

А правда была в том, что она тоже хотела Кьерана и подозревала, что довольно давно.

– Ложись, – сказала она. – Тебе нужен отдых. У нас еще будет много времени, чтобы… поговорить, если ты не уйдешь. Обещай, что ты не уйдешь.

Он отвел глаза, опустив ресницы, словно лучи темной звезды.

– Я не должен. Я только принесу печаль и тебе, и Марку.