Проклятый шедевр

Иван представил, как возвращается домой и снова всю ночь бесполезно долбит по клавиатуре, накачиваясь энергетиками. Эх, была, не была. Главное, написать книгу, а там разберёмся.

– Согласен, – выдохнул Иван. – Что надо делать?

Ядвига достала из ящика заполненный заранее бланк.

– Подпишите согласие, снимайте обувь и ложитесь, – она закрыла ноутбук и достала из ящика стола медальон.

Присев на кушетку, Иван похолодел. Он вспомнил, что утром, спросонья, надел дырявый носок. Собирался поменять перед выездом и забыл.

Лечь в ботинках? Иван с сомнением покосился на мягкий велюровый чехол кушетки. Нет, не вариант.

Ядвига, будто читая его мысли, усмехнулась:

– Не стесняйтесь, Иван. У меня тут столько мужчин в рваных носках побывало. Пару раз даже на босу ногу приходили. Если смущаетесь, возьмите бахилы.

Ядвига протянула упаковку бахил и придвинула к кушетке своё кресло. Когда она начала неторопливо раскачивать перед лицом Царевича медальон, Ивану показалось, будто в комнате заурчал кот.

– Не отвлекайтесь, следите за движением, – тихо попросила Ядвига.

На медальоне красовались два зубчатых восьмиугольника. Малый, с зубцами, обращёнными внутрь, словно защищал сокровенное. И большой, внешний, с зубцами, направленными наружу, готовый отражать любые атаки.

Иван напрягся, пытаясь вспомнить, где же он видел этот символ. В одной из книг по славянской мифологии, которые он перелопатил, работая над серией. Но что означает этот знак Иван никак не мог вспомнить.

Веки наливались тяжестью и вскоре сомкнулись, оставляя загадочный символ гореть в темноте красным цветом.

Резкий щелчок разорвал мрак. Символ рассыпался, словно высохший песчаный замок. Иван открыл глаза. Таким свежим и выспавшимся он себя не чувствовал уже давно. А красочные, наполненные необычными сюжетами сны, он не видел даже в детстве, и уж тем более не запоминал их так ярко.

Мысли роились в голове, обгоняя друг друга. Пальцы чесались – ему бы сейчас родную клавиатуру, мембранную, с коротким ходом.

Иван подскочил и впопыхах начал обуваться прямо на бахилы. Быстро попрощавшись с Ядвигой, он схватил куртку и, пританцовывая в ожидании лифта, вызвал такси. В его голове уже рождались первые строки тринадцатой книги.

Закрыв за Иваном дверь, Ядвига скинула утомившие за день туфли и нырнула в уютные тапки с лягушатами. На сегодня это был последний клиент. Остановилась перед зеркалом и, прищурившись, всмотрелась в своё отражение.