Убивать осознанно

– Может статься, что ты уже видел его по телевизору. Или в Интернете.

– И на этот вопрос я не буду отвечать.

– Если увидишь его лично или будешь говорить с ним, передай ему, пожалуйста, кое-что от меня.

– Почему бы тебе не поискать его самостоятельно, если ты так хочешь пообщаться с ним? Или тебе не платят за это?

– Я же знаю, как тесно вы общаетесь. Так что, когда увидишь его, просто скажи ему спасибо. Мне еще не попадалось убийство, которое было бы так просто раскрыть.

– Понятия не имею, о чем ты.

– А почему же тогда ты в субботу утром в офисе?

– Потому что моя дочка захотела поиграть в адвоката.

– И как играют в адвоката?

– Сидят в переговорной и раскрашивают цветными маркерами приговоры Верховного суда.

– Мой сын охотно проделывает то же самое, сидя в управлении, с ордерами на арест. Но ордер на Драгана и без его художеств выглядит вполне удавшимся.

– Хватит уже, Петер. Давай выкладывай, чего ты хочешь от меня?

– Передай ему, он должен сдаться.

Это сохранит ему и нам много нервов.

– А тебе еще и выходные.

Я положил трубку. Взял два предоплаченных телефона, выключил свой мобильник и спустился на этаж ниже.

К счастью, от Йошки Брайтнера я знал совершенно простую «триаду» осознанности. Во-первых, принимай вещи такими, какие они есть. Когда ты напряжен, ты напряжен. Во-вторых, признай это. Сначала даже не пытайся объяснить это напряжение. Позволь себе быть напряженным. И в-третьих, не оценивай ситуацию.

Итак, я смирился с тем фактом, что нарушил все свои договоренности с Катариной.

Я принял как данность то, что собираюсь отвезти в багажнике своей машины психопата в тот загородный дом, где собирался отдохнуть со своей дочерью. И я просто не стал оценивать сложившуюся ситуацию.

Более того, я даже попытался найти позитивные стороны в своем положении: мне предстояло забрать дочку и отправиться с ней к озеру!

В переговорной в качестве холста можно было благополучно использовать не только многочисленные копии приговоров и пять из пятнадцати кожаных кресел, но и стол из вишни.

Эмили была в восторге оттого, сколько всего интересного можно было предпринять в конторе. Увидев меня, она, сияя от счастья, бросилась ко мне.

– Папочка, я нарисовала большую картину.

– Прекрасно. Покажи-ка… Картина просто потрясная. Знаешь что? Она так хороша, что мы оставим ее здесь.

– Разве мы не можем взять ее с собой?

– Нет, мы же с тобой отправляемся в поездку.