Брошенная. На краю судьбы

Пятница, вечер – чем ещё заниматься сыну богатого папика?

– К нам приезжай, – пригласил Варшавин. – У нас тут весело!

И чтобы Демид убедился, поднёс телефон к колонке, из динамиков которой вырывался громкий рёв, отдалённо напоминающий музыку.

– Вот блядь! – Демид выругался и крутанул руль. Выехал на «встречку», едва не протаранил припаркованный неизвестно как «порш», потом развернулся и …

Мотор заглох.

– Ну, всё, приехали!.. – Демид с силой треснул кулаком по двери. – Урод ты, Варшавин! Вечно из-за тебя в неприятности попадаю.

– Эй, полегче! – донеслось из всё ещё работающего на громкой связи айфона. – Я тут и всё слышу.

– Ну и хер с тобой, слушай! – злился Демид. – Я чуть в аварию не попал.

– Лихачишь? – усмехнулся приятель.

– Приходится. Ну, так что ты мне хотел предложить?

– О! – Варшавин оживился. – Это уже разговор по делу. Приезжай в гости. Прямо сейчас! У нас тут и вино, и коньяк, и виски – всё, что пожелаешь.

– Нахер мне твоё виски? – огрызнулся Демид. – Водка есть?

– Для тебя найдём, – поддержал Варшавин.

– Да ну? – усмехнулся Демид. – Может, и бабу мне найдёшь?

– Естественно, друг. У нас тут этого добра… раз, два, три, четыре…

– Ты давай мне не считай, – перебил Демид. – По делу говори. Кто у вас там?

– Кореша мои. Ты ж их всех знаешь.

«Знаю, – подумал Демид. – Обдолбанные мажоры, которые не знают, где ещё найти себе на жопу приключений».

– А бабы? Ты про баб говорил.

– Бабы все отборные, только с экранов сошедшие.

«Бляди».

– Ладно, – решил Демид. – Давай адрес, сейчас приеду. Всё равно настроение – дрянь!

– Давай-давай, друг, – поддержал Варшавин. – Мы тебя заодно выслушаем. Если надо – поможем.

– Вот ублюдок! – заключил Демид, снова заводя мотор. Айфон он бросил на заднее сиденье. – Брешит как собака. «Выслушают»!.. – передразнил он. – Им бы только утробу свою набить, и не важно чем. Вопрос: что, в таком случае, я там забыл?

Но ответа сам Демид не искал. Жизнь по инерции давно захватила его в свой поток.

* * *

Варшавин снимал коттедж за чертой города на второй береговой линии. Выкупить отец не дал, сказал: «Разнесёшь. Жалко будет». По выходным «золотой мальчик» там тусовался вместе со своими многочисленными друзьями. В воскресенье отец его забирал, чтоб к утру понедельника привести в чувство. Сын работал в компании отца, и позорить «Его Величество» было нельзя.

Демид же сам заботился о себе. Родители жили далеко.