Ромашки против гвоздик

И я прямо сейчас ненавижу того, кто это сделал. И очень хочу его увидеть и сказать ему, какой он засранец. Появилось странное ощущение того, что это возможно, надо только сказать о своем желании. Я глубоко вдохнула воздух вседозволенности. И крикнула: «Эй, ублюдок, я к тебе обращаюсь, верни мою сумку!»

В этот момент пространство под ногами почтительно расползлось в стороны. И что-то потянуло меня вниз и нежно начало засасывать. Впрочем, длились эти незабываемые ощущения не дольше секунды. Я обнаружила себя стоящей на обочине дороги.

Гладкой, идеальной, такой, на которой не грех было разогнаться 250 километров в час, а то и все 300.

С той и с другой стороны от дороги были потрескавшаяся земля и много-много кактусов. Тех самых, которые состоят из небольших колючих лепешек. Во сне было предзакатное время. Красивое, романтичное, таинственное. И солнечный красно-розовый свет отражался в блестящих шарах, похожих на сгустки энергии, они висели в пяти метрах над дорогой. Вероятно, здесь это было аналогом нашего придорожного освещения.

Повсюду играла музыка, она бежала легко, не касаясь земли, а потом превратилась в птицу и запела мелодичным, высоким женским голосом. Ее песня через мгновение стала золотой мягкой пылью, которая окружила меня. И я жадно ее вдохнула. Кроме прилива нежной бархатной энергии, почувствовала запах весеннего ветра. И поняла, что музыка и стала этим ветром.

Мимо меня кто-то пронесся, восседая на черном облаке, совсем бесшумно, только оставив после себя прохладную волну, пахнущую незабудками.

Как именно выглядел проезжающий, я не увидела, но знала наверняка, что это был мой сегодняшний знакомый.

От моего гнева не осталось и следа, но я собрала где-то в середине себя ошметки обиды вперемешку с вновь появившимся воодушевлением. И побежала за ним.

И этот бег был, пожалуй, самым прекрасным, что случалось со мной. Незаметно для меня этот бег вдруг стал полетом. И я, растворяясь в музыке, как сладкая вата в стакане с водой, стала совсем прозрачной.

А потом поняла, что звучит не музыка, это я звучу и несусь над растрескавшейся землей со скоростью звука. Но это не было быстро. Это было прекрасно, будто я после долгой немощи вырвалась из лап болезни и жадно, радостно дышу, наполняя легкие свободой, сколько хватит в них места.

А потом я стала ветром. И наконец-то начала осознавать, что теряю контроль. Я уже забыла, зачем сюда пришла. Вспомнила – мотоциклист.