Пёс-призрак. Легенда Чёрной Долины

– Смени меня, Гретта, – сказал ей тогда Берни, и она просто также молча кивнула, продолжая управлять всевозможными кнопками и устройствами, но при этом делала это настолько грациозно, чуть наклонив голову и плавно двигаясь у стойки как балерина, что отец и сын, пришедшие за порцией своего кофе, вдруг дружно замолчали и просто наблюдали за ней, как за какой-нибудь фотомоделью.

И пока разыгрывалась вся эта мелодрама местного масштаба, Берни подошёл к полицейскому и тихо спросил:

– Ну что там, Тай? Вы уже нашли зверя, который передушил уже несколько овец на местных фермах?

– Если бы… – полицейский устало вздохнул.

Он был достаточно молод, но при этом он имел вид настолько озабоченный, как если бы ему было намного больше лет, чем было на самом деле.

– Так плохи дела?

После слов Берни, полицейский немного нахмурился и просто добавил:

– Надеюсь, это не чудище Чёрной Долины. Не то мне придётся ловить какую-нибудь Чупакабру.

«Это уж точно», – снова констатировал про себя Клаус, незаметно наблюдая за ними со стороны.

Когда кофе для полицейского и двух местных фермеров был готов, дождь почти притих, и тогда Клаус осушил тёмную чашку со своим молочным кофе и снова двинулся в путь…

Дорога по загородной трассе оказалась абсолютно свободной и легко узнаваемой, и Клаус без труда добрался до места назначения.

И у вьездной дорожки к дому его молча поприветствовала надпись на немецком:

«Лесной Остров» – «Waldinsel»…

Уже потом, когда он распаковывал несколько коробок с книгами в холле, ближе к вечеру, вдруг сверкнула молния, загрохотал гром и хлынул ливень, что было по-настоящему спасительным после довольно утомительного, тёплого и долгого дня.

Капли дождя на стекле красивого разноцветного витража… На какой-то миг он ими был словно загипнотизирован.

Однако в итоге повеял ветер и стало заметно резко прохладно и даже как-то по-осеннему неуютно, и Клаус решил разжечь камин.

И как только первые огоньки пламени весело и приветственно затрепетали в глубине тёмного старинного очага, располагающегося в холле, украшенного фантастической лепкой в виде двух драконов над каминной полкой, Клаус почему-то снова обернулся к большому разноцветному окну с видом на сад.