О'кей, шеф

Сказать, что блондинка не волновалась, все равно что ничего не сказать. Такое с девушкой случалось довольно редко. Дрожь в коленях, неуверенные шаги и пробравшийся под блузку ниоткуда взявшийся холодок были непривычны. Милена всегда считала себя уверенной девушкой, добивающейся нужного результата любой ценой. В пределах разумного, конечно. До того момента, как ступила впервые в офис этой компании.

И теперь она не была морально готова встретиться с мучителем лицом к лицу, с вызовом посмотреть в его стальные глаза и высказать все, что скопилось на языке.

Не была готова зайти к нему в кабинет. Не была готова услышать его властный голос с нотками презрения. Но, если рассуждать объективно, то она никогда бы и не подготовилась к этому, если бы продолжала избегать этих встреч. Что она и собиралась проделать сейчас.

– Здравствуйте, Милена Викторовна, – поздоровался худощавый паренек-секретарь слегка взволнованным голосом. Видимо, его уже успел запугать Анатолий Сергеевич. Максим Киселев проработал на этой должности всего ничего, от силы месяц, зато успел прийтись по сердцу многим коллегам.

Да, попал он сюда неслучайно, по связям, зато не шатался где попало вместе со сверстниками, растрачивая средства родителей в увеселительных заведениях.

– Можно просто Милена. Мне не сорок лет, Максим, – с небольшим, почти невесомым нажимом проговорила девушка, всматриваясь в напугано-смеющиеся голубые глаза парня. Он сам не любил, когда к нему обращались по отчеству, теперь была его очередь привыкать.

 – Шеф у себя?

– Да, – тихо, практически одними губами прошептал Максим, взглядом намекая, что Его Высокопревосходительство сегодня явно не в духе. В принципе, этому факту Милена не удивилась: привыкла за несколько месяцев к резким переменам настроения, стоило ей появиться перед ним.

– Передашь контракт от Даниила Андреевича?

– Вы не отнесете сами? – вопросительно приподнял бровь. Видимо, парнишка до сих пор не знал о странных отношениях девушки с его начальником.

Не успели наши сплетницы донести нужную информацию молодому поколению.

– И правда, Милена Викторовна, – как гром среди ясного неба раздался грубый мужской голос, лишая девушку возможности мыслить здраво. – Почему вы не принесли мне лично в руки? Насколько я знаю, Даниил Андреевич не любит, когда перечат его приказу, – зоркий взгляд темно-серых глаз, сжатые до предела челюсти, с трудом скрываемый хищный оскал. Сложенные на груди руки.