Наш малыш соединит нас

Помню, как подошла к медсестре на следующий день после первого посещения и задала один вопрос:

– Он поправится?

– Скорее всего, да, но выйти на поле больше не сможет.

Это приговор. Вердикт, который ничто не сможет изменить, даже если я пойду в церковь и буду стоять на коленях ночами. Знакомое чувство разочарования и обиды накрыло меня в тот день. Я даже не злилась на резкость братика. Забыла все недопонимания, ссоры, угрозы, оскорбления. Мне было искренне жаль его.

Потому что я знаю, каково это – расстаться с мечтой всей жизни…

Зарисовки получаются очень милыми.

Аленка сказала, что мои скетчи пора выставлять на выставке, но я все время отказываюсь. Кому я нужна со своими карандашными набросками?

– Д-доброе утро, – хрипловато-сонным голосом произносит Даня, приоткрывая глаза. – Который час?

– Уже три. Ты проспал больше суток, – улыбаюсь я.

Вчера я приехала рано утром после операции. Толя быстро довез меня, напоследок взглянул с жалостью через зеркало заднего вида.

Я уже говорила, что он понимает меня, как никто другой. Сегодня мы договорились выехать позже, и правильно сделали. Я просидела около часа в палате в ожидании, когда Дан проснется.

– Почему ты здесь? Где родители?

– Они на Мальдивах. Вылететь не могут из-за плохих погодных условий.

– Плохие погодные условия? На Мальдивах? – усмехается он, закатив глаза. – А я уж думал, папа захочет приехать и прочитать нотацию. Свадьба для него важнее.

– Не вини их, они правда не могут.

– Просто ты плохо разбираешься в людях. Мероприятие на сто человек, приедут влиятельные инвесторы. Такое нельзя отменять.

Сомневаюсь в его словах, но вслух ничего не говорю. Родители не такие жестокие, чтобы бросить своих детей на произвол судьбы, когда у кого-то из них такая беда. Они так не поступят.

– У тебя телефон с собой? – внезапно спрашивает Даня.

– Ну да.

– Дашь на пять минут?

Не совсем понимаю, для чего ему телефон, но все же отдаю гаджет брату.

Даня несколько минут что-то ищет, затем разворачивает экран и показывает мне.

– Смотри.

На фотографии наши родители. Мама в свадебном платье, которое выбрала не так давно, и Григорий Викторович в смокинге. Они счастливо улыбаются на камеру. Точнее, улыбается мама, а Григорий Викторович лишь слегка растягивает уголки губ. Позади них лазурное море, под ногами – белый песок, видно кое-кого из гостей.

«Не верю!», – первое, что возникает в голове.