Приключения Пиноккио. История деревянной куклы

– О, как замечтательно! – воскликнул Пиноккио, пританцовывая от радости, а потом стал вращаться на одной ноге, – Как только я их соберу, я возьму себе две тысячи, а остальные пятьсот отдам в подарок вам, друзья! Вы заслужили мой подарок!

– Подарок нам? – вскричала Лиса презрительно и обиженно, – Дай-то бог! Вернее, храни тебя бог от такого! Вернее, нас храни бог!

– Ты освободишься от всего! Будешь свободен, как птица! – повторил Кот.

– Мы… – подхватила Лиса, – Мы работаем не ради трусливых, алчных и хищных интересов, как некоторые думают, нет, мы работаем только, чтобы обогатить других! Мы несём людям счастье и радость!

– Упаси бог! – вторил Кот, – Вернее, бог в помощь!

– Какие хорошие люди! – подумал про себя Пиноккио и, забыв о своём Святом Отце, о новой куртке, о Букваре и обо всех добрых делах, сказал Лисе и Коту:

– А ну, пошли скорей! Я иду с вами!

XIII

Таверна «Варёный Рак»

Они шли, шли, шли, и конце концов поздней ночью, усталые, как черти, доплелись до таверны «Варёный Рак».

– Давайте остановимся здесь ненадолго! – предложила Лиса, – Надо чуток заморить червячка и храпануть парочку часиков. В полночь мы снова отправимся в путь, чтобы завтра, на рассвете, быть на Поле Чудес.

Войдя в таверну, они втроём уселись за стол, но ни у кого из них не было аппетита.

Бедный Кот, чувствуя себя сильно нездоровым, маялся желудком, и не смог съесть ничего, кроме тридцати пяти огромных кефалей с томатным соусом и четырёх отменных порций свиной требухи с пармезаном, и потому, что требуха не казалась ему достаточно приправленной и пикантной, он трижды выкликивал слугу, чтобы принесли ему ещё порцию масла и тёртого сыру!

Лиса охотно закинула бы в брюхо что-нибудь и сама, но поскольку врач наказал ей блюсти строгую диету, ей пришлось довольствоваться всего лишь простым молоденьким, сладким, чрезвычайно нежным и отменно прожаренным зайчишкой, с очень лёгким, летящим гарниром из фантастически откормленных цыпляток и юных петушков-первоцветов.

Закусоном к зайцу послужило дымящееся рагу из куропаток, тетёрок, кроликов, лягушек, ящериц и винограда paradisa, на третье был подан паштет из соловьиных языков, а так есть ей не хотелось совершенно.

По её словам, её так тошнило от еды, что она даже не могла ничего поднести ко рту.

Тот, кто ел меньше всего, оказался Пиноккио. Он попросил дольку грецкого ореха и кусочек хлебца, да и то оставил всё в тарелке, и ни к чему толком не прикоснулся.