Алмазы перуанца

– Это белое там, над городским рвом, просто туман, мой друг, и ничего больше, уверяю вас!

– Нет, я уж знаю! Это – покровы, все застилающие собой! Давно как-то мне удалось проникнуть под эти покровы, и теперь я знаю… Не ходите вы туда, бога ради, сеньор Бенно, не подходите к ним близко! – молил бедняга.

– Нет, нет, Мигель, вы можете быть спокойны, я туда не пойду!

– Спокойной ночи, сеньор! Меня зовут!..

– Спокойной ночи! – отозвался Бенно и вышел за калитку.

Под свежим впечатлением всего пережитого, а главное, небывалого успеха и громких оваций.

Бенно незаметно дошел до городских ворот; теперь ему хотелось как можно скорее вернуться домой.

Позади слышались уже голоса его одноклассников; очевидно, представление кончилось, и они тоже спешили по домам веселой гурьбой, как всегда громко разговаривая и делясь впечатлениями вечера. Бенно решил дождаться их, чтобы идти вместе, но вдруг, когда товарищи его уже поравнялись с ним и обступили его со всех сторон, за его спиной точно из-под земли выросла высокая фигура старика с палкой под мышкой, большими круглыми очками на носу, в опрятном, но довольно поношенном платье, который так и впился глазами в Бенно.

Это был Мальман, правая рука торговой фирмы «Цургейден и сыновья», чуть ли не целых пятьдесят лет прослуживший в конторе этой фирмы, такой же человеконенавистник, такой же скряга, такой же ярый противник всяких увеселений и развлечений, как и сам сенатор Цургейден.

– Ну-с, молодой человек, – вымолвил он, усиленно покачивая головой, – что это еще за новости, какими это вы судьбами в полночь попали сюда, за городскую заставу? А?

Смех подошедших гимназистов прозвучал в ответ.

– На часах только десять минут одиннадцатого! – сказал один из гимназистов. – Не знаю, почему у вас уже полночь!

– Плюнь, Бенно, на это старое пугало, пойдем своей дорогой! – говорил другой.

Но старик загородил Бенно дорогу и, стоя против него, сердито постукивал свой палкой о плиты панели.

– Ну-с, сударь, спрашиваю вас, известно ли господину сенатору, что вы в такое время ночи находились еще за чертой города?

– Господин Мальман, – сказал Бенно насколько мог спокойно, – я действительно немного запоздал с моими друзьями, но в этом, полагаю, нет ничего особенно дурного. Что касается того, что я был за городом, это мне никогда не было воспрещено!

– Во всяком случае, я сообщу об этом господину сенатору.