Выбор Зигмунда

Мужчина улыбнулся ей, хотя в ряду его желтоватых зубов были большие пустоты, а уцелевшие верхние зубы чудом держались в кровоточащей десне.

Да, это женщина, какой ей велел быть Бог – с широкими боками и большой грудью. Судя по размеру талии, не очень узкой, она была беременна один раз или несколько. Если бы эта Мария захотела, он бы сделал ее беременной четыре раза, а то и больше.

– Письмо пришло от самого его святейшества, нашего папы, – заносчиво сказал он. – Разве я не заслужил хотя бы поцелуй?

– Дай мне письмо, хам, – холодно ответила Мария, вырывая конверт у него из руки.

– Отстань от нее, – вмешалась мать. – И будь доволен тем, что не заплатишь за вино.

Мужчина, покачиваясь, вышел на улицу, а потом в лавке стало слышно, как он хриплым голосом кричит на лошадь и как колеса кареты подпрыгивают на булыжниках. Клиенты в лавке снова принялись за игру. Встревоженная, Мария, стоя за прилавком, распечатала письмо под взглядом смотревшей на нее с любопытством матери.

– Оно от отца эконома! – воскликнула Мария.

 – Мне разрешают брать с собой Крочифису, чтобы она мне помогала. Может быть, со временем она тоже сможет поступить на службу.

Мать скривила рот, нахмурилась и пристально посмотрела ей в глаза. Мир жесток, и в нем за каждую оказанную тебе услугу надо платить, если только она не оплачена заранее. Мария заметила взгляд матери и ответила на ее немой вопрос:

– Не думай всегда плохое; может быть, они решили, что мне нужна помощница из-за того, что приехал этот доктор-австриец.

– А может быть, – закончила разговор мать, ополаскивая стаканы, – это Провидение решило подумать о нас, бедных. Но будь осторожна: когда одна рука ласкает, другая может быть спрятана за спиной. А что касается этого доктора Фрейда, ты говоришь о нем слишком часто; он богатый человек, иностранец и знает о мире больше, чем ты и я.

Мария покачала головой в ответ на озабоченность матери. Кроме слов о докторе Фрейде, все остальное может быть правдой, и она будет осторожна, как обычно, потому что ее дочь – самое дорогое, что у нее есть в мире.

Но, господи, где, если не в Ватикане, можно найти самое лучшее место, чтобы эта горячая головка была в безопасности? Мария ушла в комнату за лавкой и там ополоснула руки в раковине, чтобы смыть с ладоней пятна вина и его запах. Отверстие в уборной, как обычно, было грязным: ни одному клиенту не удается справить нужду в центр дыры, и Марии уже давно надоело чистить ее за каждым.