Дас Систем

Он сделал глубокий выдох и сказал:

– Юрий, ответь мне ради Бога, почему я, по-твоему, намеренно вывел компьютер из строя?

Орлов ухмыльнулся, и его лицо, обрамлённое чёрной клочковатой бородой, сделалось совсем дикарским.

– Ты итальяшка – хитрый, но трусливый. Ты боишься быть здесь, наверху. Боишься, что техника откажет. Ты хочешь домой. Ты знаешь, что предписание гласит: если техника не работает, мы обязаны эвакуировать станцию и вернуться на Землю в спасательной капсуле «Союз». Центр управления полётами готов отдать такой приказ.

Орлов схватил Кантони за воротник синего комбинезона и притянул к себе. Тот почувствовал несвежее дыхание Орлова и запах немытого тела.

– Но командир здесь – я, и я тебе говорю, что мы не сдадим эту станцию! Мы останемся здесь, пока следующий экипаж нас не сменит! Понял?

Кантони чуть не потерял самообладание. Он еле сдержался, чтобы не ударить Орлова в его бородатую морду. Нельзя было поддаваться на провокацию. Серьёзный конфликт между единственными двумя членами экипажа станции мог привести к катастрофическим последствиям.

– Юрий, я не саботировал работу компьютера, – ответил он, плохо сдерживая ярость из-за чудовищного обвинения. – Я не знаю, что именно произошло, но я не имею к этому отношения. Поверь! Он открыто посмотрел в черные глаза Орлова и продолжил:

– Да, я хочу домой, хочу к жене и детям. Я здесь уже слишком долго. Но это для меня не повод рисковать нашими жизнями и судьбой станции! Ну разве можно меня в таком заподозрить?!

Своей выдержкой – а на борту он провёл намного дольше запланированных тринадцати дней – Кантони был обязан второму постоянному члену экипажа станции – американцу Нику Флетчеру, который почувствовал себя плохо и вернулся на Землю в шаттле, доставившем Кантони.

Всем казалось, что он окрылён возможностью остаться на станции дольше. Обрадовалась даже Чилия (теперь она ещё больше гордилась им). Он же просто смирился. Пытался весело улыбаться и утешал себя надеждой, что следующая миссия стартует вне графика через два месяца и заберёт его. Но американцы снова не смогли запустить шаттл, и запланированные шестьдесят четыре дня растянулись более чем на сто.