Если я останусь

Ну что девочка, мы и не надеялись, что склады сами собой рассосуться и что рыцарь прискачет к нам на белом коне.

– Да, – коротко отвечает Рус на телефонный звонок, сидя на переднем сиденье черного роллс ройса.

Меня раздражает абсолютно все, от черного платка на моей голове, до черной шелковой узкой юбки ниже колен, с хорошим разрезом сбоку. Кто меня надоумил одеться во все чёрной, хорошо, что шелки иначе кажется я бы сварилась, за бортом точно больше 30 градусов.

– Понял, – сбрасывает звонок, снимая свои очки капли от Ray-Ban.

– Что? – киваю, не удосужившись открыть лицо.

– Слав, эти окуляры совсем не прозрачны, ты же понимаешь? – старается улыбаться, но его волнение гуляет по всему салону вихрем и это чувствую не только я, но и водитель-араб в черном костюме.

– Понимаю, знаешь я не каждый день торгую разным дерьмом, – придвигаю к себе серую сумку с подставными бумагами для банка.

– На сделке должны быть мы, братья, представитель банка…, – затягивает, поправляя синий пиджак, который ему в облипку.

– Дато? – мысленно готовлюсь, к тому что мне придется пережить.

Что врать, я к этому готовлюсь же целую неделю и легче совсем не становится, всю трясет, тошнит, голова раскалывается. Стараюсь глубоко дышать, чтобы прийти в себя. Перевожу взгляд на проезжаемые улицы, здесь роскошно, чувствуется подавляющий успех и монополия власти, аж до костей пробирает. По своей воли я бы сюда ни за что не сунулась.

– Нет, – качает головой.

– Отлично, – смотрю на высоченное здание за окном, Бурдж Халифа, ну все приехали липкий страх холодом отзывается во всех конечностях.

Водитель выходит, открывает мне дверь и подает руку. С радостью выхожу из авто, из одних рук попадаю в другие. Рус считай на себе волочет меня во внутрь.

– Обязательно было ходули надевать? – ворчит, как старый дед, заводя нас в просторный светлый холл, – ты хоть идти можешь? может скорую? – подшучивает.

– Шутник, лучше замолчи, я не в духе, – снимаю очки от шанель и кладу их в чехол и сумку.

Заходим в стеклянный лифт, за нами несколько арабов в своих накидках и еще какие-то в деловых костюмах. В панорамном лифте окончательно прихожу в себя, не оборачиваясь на прекрасный вид на город. Щелкаю ногтями с белым френчем, дожидаясь свой 66 этаж.

Коридор, большие холлы, наш номер, стеклянный стол переговоров. Два рыжих критина сидят напротив нас.

– Добрый день господа, – присаживаюсь на белоснежный стул.

– Добрый, – ухмыляется один из братьев.