Если я останусь

Раздался телефонный звонок. Вытираю нос тыльной стороной ладони.

– Отвечай своим подельникам и говори, что пришла хозяйка товара и что все сделки теперь только со мной, – слежу внимательно, как достает телефон, отвечает.

– Привет Давид, – кажется он рад, его плечи опускается, тело приходит в расслабленное состояние.

– Я на мушке у Вольной и ее пса, – плюет в сторону Руслана, который стоит в стойке с оружием, абсолютно безэмоционален.

– Отпустить? Она возомнила себя хозяйкой товара, – хмыкает.

– Нет мы так не договаривались.

– Ты серьезно? блять, ты серьезно? ты понимаешь чего это будет тебе стоить?! – отключается, злой, кладет телефон в карман своих брюк.

Смеется, показывая свои кривые зубы, – Не добил тебя тогда суку, до сих пор жалею, но зато с ним порезвился! – скалится.

– Я запомню, – расправила плечи, уверенности во мне поприбавилось.

– Говори спасибо Тугушеву за свою жизнь,– вышел из амбара, когда второй, высокий мужчина, видимо Адам подошел ко мне ближе чтобы рассмотреть, похожий на неотесанную скалу с широким подбородком, орлиным клювом и впалыми глазами.

Стою в стойке, приросла к оружию, дрожу, от него веет смертью, безграничной властью, он дышит словно бык после родео.

– Бес мертв, – плохо говорит на русском, – но мы еще встретимся, – разворачивается и выходит.

– Слав, все, – друг осторожно, освобождает мои руки, – ушли, – прижимает к себе, – давай дружочек, приходи в себя.

Рыдаю, выпуская эмоции, всю трясет, мысли в голове бегают, они ведь могли нас прям тут порешить.

– Да, слушаю, – жестко отвечает.

– Она не может говорить, дай ей время, – кладет трубку, – пошли, – выводит меня из амбара, запирает дверь, звонит кому-то не слышу о чем говорит, в голове только слышны реки крови, что несутся по венам и молотками бьют набат в ушах.

– Это был Волк? – смотрю пропущенные в авто, – охрану к амбару назначили?

– Да, – заводит мотор, – не говори ему ничего, встретимся в Милане и обсудим.

– Не могу, он нас спас, – набираю номер, постепенно приходя в себя.

– Привет, – жестко, слышны удары по груше.

– Привет, – жду пока начнет, потеют ладони от волнения.

– Какого хера ты поперлась туда? Руслана? – чеканит выделяя каждое слово. Его “Руслана” означает только, что он зол до предела.

– Этот ублюдок знал, что я жива, вы в сговоре, – обреченно выдыхаю, откидывая голову назад.