Если я останусь

– Давно ли это? – не верю и не поверю никогда, у этого парня все на десять шагов вперед просчитано.

– С того момента как принял решение быть с тобой, мы должны же доверять друг другу, – ого вот это рыцарство, он поражал меня каждый день своими поступками нормального человека.

– Я же обещала, что больше не буду, отца это не вернет, да и муж, – осеклась, черт, – Амирана тоже. Нам надо жить дальше, отчеты по маме хорошие, мне незачем горевать, – закусила губу и отвернулась к панорамным окнам с блестящим видом на Милан, чтобы не расплакаться в очередной раз.

Теплые руки коснулись моего живота, он окружил меня собой, своим теплом, заботой, – эй, малыш, все правда хорошо?

– Да, я прилечу и перееду сюда с Матвеем, обещаю, – люблю гладить его по рукам с черным тату, на них практически не видно чистой кожи.

– Лан, давай сведем эти шрамы, – прошептал, целуя меня в плечо.

– Нет, я хочу чтобы они всегда напоминали мне о том, кто я есть и кого я потеряла, – отрезала.

Мне казалось ,что эти четыре шрама на спине единственное, что связывало меня с прошлым, связывало со мной настоящей, вру, это единственное, что связывало меня с Амираном.

– Ох девочка, – прорычал, – я сделаю все, чтобы ты задышала полной грудью, – уверен черт, не поспоришь, он и так делал многое.

Повернулась к нему, все еще находясь в теплых руках, – ты знаешь, что для этого нужно сделать.

– Я не возьму его бизнес на себя, он только твой, – жестко определил, нападая на мои губы в жадном горячем поцелуе, щекоча своей бородой, от чего я смеялась.

– Давид, Лана! – из гостиной послышался голос Петрова.

– Что они тут делают? – удивилась, потому что парни должны были еще работать, только вечерело.

– Они привезли пиццу милая и вино, – смеялся мужчина, натягивая джинсы и серую футболку с открытыми рукавами.

– Ты не перестаешь меня радовать и удивлять и спасибо за это, – поцеловала его в губы и пошла в просторную белую ванную, улыбаясь от смеха моих ребят в гостинной.

Плачу в очередной раз стоя под душем, как оголенный нерв. Вытаскивать мощную машину, которую оставил мне Тваури больше нет сил, потому что в каждом решение этой фирмы он, его рука, его взгляды, каждой бессонной ночью за отчетами и проверками я восхищалась уму этого мужчины, поглаживая кольцо на своей груди, которое хранила в ящике стола под замком.