Виннету. Сын вождя

– Огненная вода! – таков был краткий, но суровый и презрительный ответ вождя.

– Я хочу быть вашим другом и братом! – сорвалось вдруг у меня с языка. – Я хочу пойти с вами!

На это разгневанный вождь плюнул мне в лицо и произнес:

– Паршивый пес! Ты воруешь чужую землю, и за это тебе платят! Смердящий койот! Только посмей следовать за нами, и моя рука убьет тебя!

Если бы это сказал кто-нибудь другой, я бы ответил кулаком. Почему я этого не сделал? А разве я не заслужил такое наказание, вторгнувшись в чужие владения? Поддавшись инстинкту самосохранения, я не мог исполнить волю умершего.

Белые молча обступили апачей, очевидно ожидая, что же будет дальше. Но краснокожие не удостоили никого из нас ни единым взглядом. Они молча подняли покойника на лошадь и крепко привязали его к седлу. Затем вскочили на своих мустангов и медленно двинулись вперед, поддерживая тело своего Учителя с обеих сторон. Больше мы не услышали ни одной угрозы, ни одного слова о мести – апачи даже не посмотрели в нашу сторону.

Было ясно, что теперь все наши шансы на выживание практически равнялись нулю.

– Это было ужасно, но может стать еще страшнее! – первым нарушил молчание Сэм Хокенс. – Вот лежит мерзавец, оглушенный вашим ударом и ополоумевший от спирта. Что с таким делать?

Вопрос относился ко мне, но я промолчал. Оседлав своего чалого, я погнал его прочь. Мне нужно было побыть одному, чтобы попытаться забыть эти кошмарные полчаса.

В лагерь я вернулся затемно, смертельно усталый и полностью разбитый.

Глава третья

Виннету в плену

Чтобы не тащить далеко тушу медведя, лагерь в мое отсутствие перенесли ближе к месту, где я уложил хищника. Последний был так тяжел, что десять сильных мужчин с трудом доволокли его из кустов к огню.

Несмотря на поздний час, все бодрствовали, кроме Рэтлера – хмель свалил его наповал. Его оттащили в сторону, так и бросив в траве. Хокенс мастерски содрал с медведя шкуру, однако к мясу не притронулся.

Когда я спрыгнул с коня, стреножил его и подошел к костру, Хокенс спросил:

– Где же вы бродите, сэр? Мы уж заждались! Так хочется отведать медвежатины.

Но без вас мы даже не можем располосовать эту тушу! Правда, куртку с него я все же снял. Портной скроил ее очень ладно, ни одной складки! Надеюсь, вы оцените, а? А теперь скажите, как нам разделить мясо? Надо бы поджарить пару кусков, прежде чем спать завалимся.

– Делите по вашему усмотрению, – холодно ответил я, – мясо принадлежит всем.