Бимен

– Я не тороплюсь. Куда мне спешить? Это сегодня ножики, а в прошлый раз тяпки с топорами были. Их я в мастерской обрабатываю. Вроде, как и бабам нашим помощь, и для души занятие.

– Это вы типа завхоза здесь?

– Завхоз, говоришь? – задумался на секунду Бартеломью. – У нас в летнем лагере, давно это было, я тогда помоложе тебя был, завхоз работал. Ну сам понимаешь, что эта должность обязывает быть пьяницей и пройдохой. Что-то вроде прапорщика в армии. А ты вот сказал про завхоза, так я сразу его себе представил.

Образ то конечно стирается из памяти, но попробую описать, чтоб легче было представить. Мужичок среднего роста, когда-то был плотный такой, пока страсть к вкусной еде не растянула живот до уровня беременности пятого месяца. Коротко стриженый, голова имеет такую форму, словно ее сдавили на висках, и от этого лоб немного выпучился. Заметно это только, если присматриваться, и сравнивать профиль с ан фасом. В целом, правильные черты на румяном лице создают положительное впечатление.

Но лукавые глаза выдают того еще проходимца. Про таких говорят, что когда он появлялся на свет, то вначале выглянул, и осмотрелся. И только после этого решил родиться.

Ну и соответственно должность заведующего хозяйством подходила ему как нельзя лучше. Он мог достать практически все, что можно было только достать, знакомые были во всех немыслимых отраслях. Как спрут он опутал всю территорию лагеря уже недели через две, и управлялся с вверенным ему хозяйством как со своим собственным.

Что-то продавал, обменивал, привозил и переделывал.

Был он конечно человеком семейным, но насколько я знаю бездетным. Еще бы, такой красавчик в холостяках долго не продержится. Мужик то видный был. А уж голос какой вкрадчивый, бабы аж таять начинали, когда он с ними разговаривал. Про таких говорят «ходок», хотя в измене замечен и не был.

Ты там не спишь еще, а? – прервал свой рассказ Бартеломью. И видя, что ему кивнули, продолжил. – Это тебе вместо сказки на ночь будет.

Как звали его, я не помню уже.

Я тем летом в лагере вожатым работал. Так вот, у него была своя коморка с огромным замком, в которую никто не имел права войти, даже директор. И конечно ходили разные слухи, что он там хранит. Что там было на самом деле, я до сих пор не знаю. Коморка эта была пристроена к пищеблоку.

Изо всех поварих там выделялась одна. Как сейчас помню, звали ее Поля. Внешне вроде обычная бабенка, постоянно носила на лице, как говориться «боевой раскрас».