Разрушительная страсть

– Тебе нравится, когда тебя берут силой? – засунул в ее центр два пальца и моя девочка отозвалась поднимая попу вверх, – я бы с удовольствием попробовал бы тебя Мирослва, съел бы это сочное яблоко на десерт, – в голове крутятся разные картинки, хочу ее всю, во всех позах, всех местах

– Да пошел ты, ах, – выдохнула между стонами, шлепая ладошками по столу.

– Сейчас, – предупредил, врываясь в нее на всю длину. Блядь, она словно гребаный рай, создана для меня, узкая, пульсирующая – лучше любого отсоса.

– Ааааа, – пытается вырваться, – больно!

Голову сорвало вконец, – большой? Девочка? – остановился на секунду, облизывая плечи, проводя языком по позвоночнику, кусая ее за затылок, снова начал наращивать движения, сильные толчки, – ты мой ебанный Мир, для меня только!

Врезаюсь в нее, оглушенный стонами и своим рычание, она сжимает меня все сильнее и начинает дрожать, – да, дарррр, – тело пронзила судорога, изливался в нее словно отдаю последнее, наполняя ее собой, кусая ее за шею, навалившись всем телом.

– Слезь с меня, – задергалась подо мной, – стучат, – напугана.

Нехотя отошел, заправляя член в брюки. В дверь и правда стучали. Мирослава быстро встала, натянула колготки, поправила юбку и вытерла слезы.

– Амира, черт, я думал тебя здесь нет, пришлось ключ попросить у твоего управляюще, – в комнату вошел Дато, осматривая обстановку.

Мирослава выбежала из кабинета, даже не взглянув на меня.

– Какого черта ты врываешься в мой кабинет? – готов его убить, меня даже не волновало.

– Я же не знал, что ты тут, – его глаза забегали по кабинету, конечно он не идиот и сразу понял в чем дело, – хотел попробовать. чем травят в твоих клубах, – достал пакет с порошком.

– Валяй, – указал ему на диван.

– Ты будешь? Родственничек? – развалился на коричневый кожаный диван и начал рассыпать дорожки по стеклянному столику.

– Нет, спасибо, развлекайся, – вышел из кабинета, но в зале уже никого не оказалось.

Рус: “я повез Ди домой, к тебе”.

Я: “Где Вольная?”

Рус: “С Олегом, поехала домой в слезах,что-то случилось в туалетах, я поднимаю камеры”.

– Блядь, – я сел в авто к Саше, – давай домой.

Я:” не поднимай камеры, это я”.

Рус не ответил, прекрасно понимаю почему. Он пытается посмотреть видел ли кто-то это или нет. Значит плакала, блядь, меня накрыло чувство бессилия.