Разрушительная страсть

– Мир, я тебя люблю. Что ты такое говоришь, мы с тобой столько в разлуке, это просто свадьба, ничего личного, – рассмеялась показывая ямочки на щеках.

По пути мы попросили Руслана купить нам бокалы под шампанское и полбутылки выпили уже в авто. Казалось, что мужчине нравится вся эта ситуация, веселая беззаботная Ди, которая то и дело строила ему глазки.

Вскоре мы прибыли к маме отмечать покупку портрета, за который выложили приличную сумму. Мама пол вечера была напряжена, но потом посмотрела на нас как мы мило хихикали и не говорили о чем-то запретном, Диана редко упоминала семью, только женский состав и приближающуюся церемонию.

Часто говорила про брата, восхищалась им. А я слушала, мне было интересно каким же он стал, чем занимается, как выглядит. По ее словам он чертовски обворожителен, мужественен и решителен, любит все контролировать. Все это подогревало мое любопытство.

– Да, они полгода встречаются, если не ошибаюсь, он часто к ней на свидание летал в Мила, жил там, сюда они приехали из-за свадьбы, – в ее глазах были мечты.

– Эх, вот это любовь, – маленький червячок зависти грыз мое сердце.

– Много вы в любви понимаете Мирослава Витальевна? – подшучивала мама.

– Мам, вот вы с папой любите друг друга, хоть при мне и не целуетесь, но молекулы то эти в воздухе летают, – я мечтательно закусила губу, перекинув косу через правое плечо. Мне хотелось вот так, как у родителей, мама папу встретила в 20 лет и до сих пор вместе, без скандалов, разводов и упреков.

– Да, любим, – усмехнулась Валентина, вспоминая как им эта любовь досталась.

– Валентина Борисовна, а расскажите как вы познакомились, – неловко спросила черноглазая девчонка.

– Ну что за Валентина Борисовна? – возмутилась мама, – я им тут шампанское разливаю. Просто тётя Валя.

Диана зардела, округлые щеки сразу налились румянцем, – Извините, тётя Валя.

– Так-то лучше, – женщина довольно улыбнулась, поправила подушку за спиной и тихо начала свой рассказ, который я кстати говоря не слышала никогда, – Знаете как это обычно бывает, он высокопоставленный служащий, а твой отец в свои тридцать был уже таким, а я простая девчонка, которая жизни сладкой не знала, сбежала из дома от отца-алкоголика и матери, которая не поддержать его не может, а вечно пилит и пилит и меня вместе с ним.

Приехала, город большой не щадит никого, хочешь выжить – устройся-ка ты на работу. А у меня ни образования на тот момент, ни денег.