Последний шанс

– Фу, убери, и так тошно, – отодвигаю его руку от себя.

– Господи! Да не строй из меня дуру, прошу! Ты шарахался все это время с той модельной блядью! – перехожу на крик, жестикулируя пальцами.

– Наверно мне не стоит везти тебя домой, ты там всех разбудишь, – усмехается.

– Наверно тебе стоит чаще самому бывать дома, – продолжаю.

– Мирослава, заканчивай, – набирает скорость.

– Сбавь пожалуйста, меня тошнит, – прикрываю рот рукой, опускаю окно, чтобы вдохнуть воздух.

– Может стоит следить за количеством выпитого? – рычит, одергивая меня за подбородок, заставляет посмотреть на него.

– Может стоит обращать внимание на жену, а не сбегать? – вырываюсь из его хватки.

– Ты невыносима, – спокойно.

– Амиран, давай честно, – двигаюсь к нему. – Ты хочешь уйти?

– Я хочу доехать домой, обнять сына, принять душ и выспаться, – не поворачивается ко мне.

– Точно с ней развлекался, – с досадой откидываюсь на кожаное сиденье, пытаюсь собрать мысли в кучу и подумать о том, что дальше делать.

***

Открываю глаза, осматриваюсь по сторонам. Не дом, скорее всего какой-то гостиничный номер. С шикарной кроватью, панорамными окнами. Точно отель все в одинаковой стилистике. На деревянной тумбочки возле кровати вода.

Выпиваю, отмечая, что голова не болит абсолютно. Голая, накидываю белую простынь и выхожу в холл, где стол с едой и большой и грозный мужчина сидит на диване раскинув свои длинные ноги. Гора о чем-то крепко задумался.

– Проснулась? – поднимает на меня тяжелый взгляд.

– Да, – хриплю, открывая блюда, – ммм, омлет, спасибо.

– Мирослав, ты дурочка, – опирается локтями о колени и смотрит как я с удовольствием поглощаю еду, жирный бекон.

– Ты женился на дурочке, – пожимаю плечами, – а трахаешься с моделями, – не поднимая взгляда.

– Ахахахахах, – смеется басом откидываясь обратно на спинку дивана, – Ты невыносима.

– Что-то изменилось Амиран, между нами, – поднимаю на него глаза, хочу посмотреть в карие омуты, увидеть привычный блеск, но он не смотрит в ответ, отказывается играть в гляделки.

– Я оставил тебя одну на три недели, а ты обвиняешь меня во всех грехах, вот что изменилась, ты нетерпелива, – тяжело дышит, смотрит на меня.

– Да, нетерпелива может трахнешь меня? – отклоняюсь назад, откидывая простынь, бесстыдно обнажая торчащие соски.

– Мне не до этого, ешь и одевайся, отвезу тебя домой, – встает и уходит к окну.