Тайна академика

Хотелось закрыть глаза, заснуть и уже не проснуться:

Как там говорится: – Где тонко там и рвется?! Вот и у меня, наступила черная полоса. Я стал много выпивать, сознавая, что остался обездоленным и неустроенным в жизни. Мой дом на Якиманке во время апрельского наводнения, полностью затопило водой, я заболел дифтеритом, и, по словам соседей, со стороны стал выглядеть как заядлый кокаинист.

Слава богу, прогресс не стоит на месте, и вот теперь, когда стало возможным добраться до любого закоулка нашей необъятной родины по железной дороге, больной и несчастный, я принял единственно верное решение и отправился к моей ссыльной тетушке в Канск, чтобы хоть немного отдохнуть и подлечиться.

Это был уже не чугунный колесопровод, а настоящая железная дорога.

После поражения в Крымской войне, царь Александр пересмотрел политику железнодорожного строительства и Высочайшим указом, велел создать первую сеть железных дорог, теперь, всем известную как Транссибирская магистраль.

Ее начали строить в 1891 году, и вот спустя семнадцать лет, я ехал по самой длинной железной дороге в мире, засматриваясь сказочной природой матушки России.

Вот она! Очередная остановка, с веселым названием «Филимоново», – захудалое село Красноярского уезда, расположившееся в одиннадцати верстах от Канска. Важная станция Транссибирской магистрали, соединявшая Красноярск с Канском.

Здесь нашли свое постоянное местожительство пятьдесят пять ссыльных революционеров-социалистов, которые ночью, на стене нашего вагона, мелом, ухитрились написать лозунг: – «Да здравствует демократическая республика!».

Разгадать смысл этих слов, для меня было делом крайне сложным, во всяком случае, до тех пор, пока я на личном опыте не убедился в эффективности и действенности этих непонятных лозунгов, а пока, здесь, в безлюдном и глухом месте, стало по-настоящему жутковато.

Из окна моего вагона я увидел, как над лесом появился огненный шар, яркое сияние которого, озарило всю Северную часть неба.

Сразу после удара, возник стук, словно с неба начали падать камни, от чего поезд задрожал и накренился. Я обхватил голову руками, опасаясь за свою жизнь.