Третье пришествие

Так освещаемая поверхность получалась максимальной, и ММК мог в полной мере использовать свои солнечные батареи. Но подобная ориентация в пылевом потоке усиливала риск повреждений из-за большой площади атаки.

Между тем, специалисты NASA давным-давно подсчитали, что едва ли не половина поломок в космосе происходит по вине микрометеоров. Близкую цифру давали и специалисты из ИКИ – русского института космических исследований.

– Так что же будем делать, босс? – нудным тоном переспросил Григорий Шустов, второй пилот.

Эдвин взглянул на экран радара.

– Поток встречно-боковой. Ширина неизвестна. Торможение увеличит время его пересечения. Из-за этого опасность нового удара увеличится.

– Следовательно, тормозиться не будем?

Эдвин взглянул на курсовой экран. Там красовался большой оранжевый диск. Как говорится, «в полный рост». До него оставалось меньше недели инерционного полета. По космическим меркам – рукой подать.

Марс был повернут своим Западным Полушарием. Невооруженным глазом прекрасно различались и обе полярные шапки, и области со звучными названиями Аргир, Тарсис, долина Маринера, Эллас, Ниргал, другие характерные образования марсианской поверхности.

Детали, завораживающие, загадочные и необъяснимо притягательные для землян. Сотни лет люди изучали их сначала при помощи телескопов, затем – посредством автоматических зондов. И, наконец, пришла пора прямого знакомства с красной планетой. Для этого на орбите Земли собрали, снарядили огромный, баснословно дорогой корабль, все рассчитали, почти прилетели, и вдруг под самый занавес – этакий сюрприз.

Эдвин качнул головой.

– Следовательно, тормозиться не будем. Отправляйте робота-сварщика для ремонта обшивки.

– Ну а дальше-то что? Какой частью корабля будем рисковать? – спросил Большой Джо.

Он задал еще один вопрос, который вертелся на языке у всех. Вопрос весьма непростой, поскольку лишних частей у космического корабля нет, а отвечать на этот вопрос предстояло самостоятельно, поскольку из-за большого расстояния обмен радиограммами с Землей отнял бы слишком много времени.

Международный межпланетный корабль «Одиссей» представлял собой диск, насаженный на длинную трубу. В диске, который русские именовали смешным словечком blin, находились жилые помещения, пост управления, научные приборы, оранжерея и основные запасы. А на дальнем конце трубы располагался ядерный реактор главного двигателя. Для защиты от его излучений поперек трубы проходила толстая антирадиационная плита.