Эскадра его высочества

– А, – сказал мужик. – Рано еще.

И перевернулся на другой бок.

Свиристел, как и было сказано, находился в горнице, но уже не только не воевал, но даже и не отбивался. В одной исподней рубахе, мрачный, лохматый, сидел он у окна, поглядывал на толпу за забором, да прикладывал медный пятак к заплывшей скуле. Над ним, уперев руки в боки, возвышалась грозная Алена Павловна.

– Ехала б ты к тетке Авдотье, – уныло сказал Стоеросов. – Или к Евдокии, они ж тебя любят.

Видимо, не в первый раз уж предлагал.

– Я те поеду, щас вот прямо запрягу и поеду, – тихим от ярости голосом отвечала Алена, – но только с тобой, с главным дурнем Стоеросовым!

– Еще чего. Я добро не брошу.

– Не только добро, ты у меня, петушина, про все свои пики да ружья враз перезабудешь! А иначе…

Тут Алена Павловна случайно взглянула в открытую дверь, сильно смутилась и сразу переменила тон.

– Ох, Альфред, это вы?

– Простите, мы без предупреждения, – сказал Обенаус, снимая мокрую шляпу.

Свиристел повернулся.

– Тю! Барон? Вот не ожидал. Да ты весь мокрый! Тебя что, тоже в Теклу сбросили?

– Нет, в бочку.

– О! Да кто же?

– Егудиил постарался.

– Вот странно. Мужик вроде серьезный. Чего это он вдруг?

– Да так надо было.

– По дипломатическим соображениям?

– Вот именно, – поежился посол.

Стоеросов рассмеялся.

– Хочешь горячего чаю?

– Какой там чай! Я и впрямь несколько продрог.

Свиристел оценивающе глянул на бутылки.

– Что такое, шерис?

– Нет. Бонси урожая восемьсот пятнадцатого года.

– Э! Бонси. Это ты лучше Аленке подари, любит она вашу сладость.

– Извините, Альфред, – краснея, сказала Алена. – Я на минутку вас оставлю.

– А, – усмехнулся Свиристел. – Иди, иди, прихорашивайся.

Алена стала совсем пунцовой, стрельнула в брата гневным взглядом, но при гостях сдержалась, ничего не ответила.

Свиристел пошарил под столом, достал оттуда внушительную бутыль. Зубами выдернул пробку, понюхал. Налил сначала три чарки, а потом, заметив жмущегося в углу Кликуна, плеснул еще и четвертую.

– Эге! И стряпчий с вами. Барон, да ты никак покупать пришел?

– Есть такое предложение, – подтвердил Обенаус.

Хозяин взял его за плечи, повернул к окну и одобрительно покачал головой.